-- Мой крестникъ? На кой чортъ ты его приплелъ.
-- И ты объ этомъ спрашиваешь? Эхъ, мой милый, да вѣдь онъ герой сегодняшняго дня!.. Привѣтствуй, пожалуйста, въ его лицѣ блестящаго сотрудника "Отщепенца", автора статьи, которая такъ прекрасно на тебя подѣйствовала..
-- Какъ!.. Это онъ?.. Мнѣ слѣдовало-бы догадаться. Неужели я на каждомъ шагу буду встрѣчаться съ этимъ негодяемъ?
-- Я боюсь этого... Но не въ томъ дѣло... Ты видѣлъ твоего брата?
-- Нѣтъ, онъ не былъ въ палатѣ.
-- Неудивительно, онъ такъ занятъ! Поэтому ты еще не знаешь, что думаетъ объ этой статьѣ Эдуардъ?
-- Онъ долженъ думать какъ я, какъ весь свѣтъ, что это безчестная клевета.
-- Очевидно... Но мнѣ все-таки было интересно знать его личное мнѣніе.
-- Почему-же непремѣнно его, а никого другого?
Камиллъ пристально посмотрѣлъ ему въ лицо и послѣ минутнаго колебанія сказалъ: