-- Общественное мнѣніе!..
И онъ съ презрѣніемъ улыбнулся.
-- Смѣйся! возразилъ Мишель, смѣйся надъ общественнымъ мнѣніемъ, какъ ты смѣялся надъ честью и долгомъ!.. Твой цинизмъ еще ужаснѣе твоего лицемѣрія.
-- Благодарю! Тебѣ слѣдовало-бы послать эту фразу, въ "Отщепенецъ", она пригодилась бы твоему крестнику.
-- Пожалуйста, безъ шутокъ! сказалъ Косталла. Я не расположенъ ихъ слушать и удивляюсь, какъ ты можешь шутить... Если бы, къ несчастью, я сидѣлъ въ твоей шкурѣ, то я не смѣялсябы, а плакалъ.
-- А почему, скажи на милость?
-- Потому что я чувствовалъ-бы на своей совѣсти страшную тяжесть... Я не говорю ужъ о злѣ, которое ты причинилъ мнѣ, безчестіи, которое ты навлекъ на меня, потому что въ глазахъ всѣхъ я долженъ отвѣчать за твои низости. Съ этимъ еще я кое-какъ помирился-бы. Но вреда, нанесеннаго моимъ дорогимъ идеямъ, моему самому драгоцѣнному достоянію, республикѣ, которой я двадцать лѣтъ служу,-- вотъ чего я тебѣ никогда не прощу!..
-- Какое же зло сдѣлалъ я республикѣ?
-- Самое большое,-- ты ее опозорилъ!
-- Ты вѣчно со своими громкими фразами...