-- Да, вчера поутру, раскуривая трубку, я поднесъ спичку къ "Мысу Сильвіо" и вскорѣ "Одинокая гора" превратилась въ вулканъ!
Онъ громко расхохотался, но смѣхъ его не нашелъ отклика. Стобелль шумно поставилъ свой стаканъ на столъ и нахмурился.
-- Ничего тутъ нѣтъ смѣшного!-- проворчалъ онъ,-- весь городъ могли облагодѣтельствовать!
-- Ну, теперь все равно дѣла не поправишь,-- развелъ руками капитанъ.-- Какъ? Вы уже уходите?
-- Ухожу,-- мрачно проговорилъ Стобелль и, молча простившись, вышелъ изъ коттэджа, съ такою силою захлопнувъ входную дверь, что напугалъ проходившую мимо старушонку.
V.
Послѣ ухода посѣтителей миссъ Дрюиттъ сидѣла нѣкоторое время у себя, поглядывая неблагосклонно на нѣкоторыя рѣдкости, пріобрѣтенныя для нея дядею, благодаря навязчивости м-ра Тредгольда; затѣмъ, вспомнивъ, что она оставила внизу на каминѣ ключъ отъ часовъ, миссъ Дрюиттъ сошла въ пріемную, гдѣ застала капитана нагнувшимся надъ раскрытымъ ящикомъ бюро. Онъ съ несвойственною ему лихорадочною поспѣшностью перерывалъ бумаги и, очевидно, чего-то не находилъ.
-- Пропала!-- проговорилъ онъ, пораженный.
-- Что такое пропало?
-- Карта!-- воскликнулъ капитанъ, теребя свою бороду.-- Я сунулъ ее прошлый разъ вотъ въ это отдѣленіе и съ тѣхъ поръ не дотрогивался до нея, а теперь ея нѣтъ и нѣтъ.