Энери хотѣлъ ему что-то отвѣтить на это, но отъ волненія не могъ выговорить ни слова.
-- Я оставилъ мою бѣдную жену всю въ слезахъ отъ огорченія, просто жаль на нее смотрѣть, у нея душа готова разорваться отъ огорченія,-- продолжалъ Бобъ Притти.-- Она даже не такъ убивается, что украдены наши деньги, какъ о томъ, что Энери Воакеръ способенъ былъ на такой поступокъ, и теперь она волнуется, что онъ попадетъ за это въ тюрьму.
-- Я не трогалъ твоихъ денегъ; ты самъ это отлично знаешь,-- овладѣвъ, наконецъ, собою, простоналъ Энери Воакеръ.-- Я вовсе не вѣрю тому, что деньги лежали тамъ. Ты и твоя жена можете клясться, сколько вамъ угодно.
-- Ну, какъ хочешь Энери,-- возразилъ спокойно Бобъ.-- Но только я направлюсь прямо въ Кутфортъ къ полицейскому Уайту, а онъ, навѣрное, съ радостью схватитъ преступника, это я знаю. Мы трое можемъ поклясться, что ты былъ найденъ у меня подъ кроватью.
-- Ну, Бобъ, послушай, не будь ужъ такъ строгъ,-- попробовалъ было задобрить его Билль Чемберсъ, кисло улыбаясь.
-- Нѣтъ, товарищи,-- рѣшительнымъ тономъ проговорилъ Бобъ Притти.-- Я добьюсь своихъ правъ, но, конечно, господа, я не захочу и самъ быть жестокимъ къ человѣку, котораго я зналъ всю свою жизнь, и поэтому, если сегодня мнѣ вернутъ эти 30 шиллинговъ, то я обѣщаю не говорить объ этомъ и не возбуждать дѣла.
Затѣмъ, поклонившись всѣмъ, онъ вышелъ изъ комнаты, гордо поднявъ голову.
-- Конечно, господа, онъ никакихъ денегъ не оставлялъ на каминѣ,-- возмущенно проговорилъ Сэмъ Джонсонъ.-- И вы всѣ этому не вѣрите. Но, все-таки, ты за это попадешь въ тюрьму, Энери.
-- Ну, это еще не особенное утѣшеніе для Энери при его положеніи,-- необыкновенно мягко проговорилъ Билль Чемберсъ.
Но Энери Воакеръ не слушалъ товарищей и ходилъ или, вѣрнѣе, метался по комнатѣ, какъ сумасшедшій. Онъ, наконецъ, предложилъ, чтобы всѣ сообща выложили нужную сумму, а недостающую часть одолжили у хозяина Смиса и всю сумму внести Бобу.