-- И я, Пит, тоже очень рада, что встретила тебя, -- сказала, слегка улыбнувшись, Жозен. -- Ты, как видно, обзавелся фурой? Она твоя?
-- Положим, не совсем моя, миссис Паулина. Я беру ее напрокат, а сам езжу погонщиком.
-- Именно погонщика-то я и ищу, чтоб перевезти свой багаж и сундуки сегодня ночью, -- напирая на последние слова, сказала Жозен.
-- Сегодня ночью, миссис Паулина? У нас не принято работать по субботам, да еще когда темно.
-- Да ты мне скажи прежде, что ты берешь за каждую фуру с полным багажом?
-- Я обыкновенно беру по два доллара с фуры, и то с условием, чтобы не слишком далеко ехать, -- проговорил, подумав немного, старый негр.
-- Правду сказать, ехать тебе придется далеко. Я живу теперь на улице Добрых детей.
-- О, миссис Паулина! Сегодня ночью мне невозможно прехать к вам за вещами. Мои мулы и без того слишком устали.
Жозен замолчала и задумалась.
-- Видишь ли, Пит, -- сказала она решительным тоном. -- В память прошлого выслушай меня и исполни мою просьбу. Не расспрашивай ни о чем, а только слушай. Помни еще одно -- держи язык за зубами. Отведи сейчас своих мулов в конюшню, накорми их досыта и дай им хорошенько отдохнуть. Ко мне на квартиру приезжай вечером, в десять часов. Если ты сумеешь устроить все спокойно, без суеты, я тебе заплачу за фуру десять долларов.