Ливъ тогда испугалась.
Кланяйся Ливъ тысячу разъ отъ меня. Помни же, что я хочу имѣть портретъ, на которомъ ты улыбаешься, и затѣмъ прошу тебя много, много разъ простить меня за безпокойство. Сердечный привѣтъ отъ
Тордисъ, одинадцати лѣтъ".
Приблизительно недѣли черезъ двѣ послѣ этого случилось такъ, что мама отправилась въ почтовую контору за почтой. Пришелъ пароходъ.
Здѣсь не такъ, какъ въ большихъ городахъ, гдѣ почтальоны бѣгаютъ каждый часъ съ письмами и пакетами, и несмотря на это въ газетахъ постоянно жалуются, что письма получаются недостаточно скоро.
Почта приходитъ сюда не чаще двухъ разъ въ недѣлю, а, что такое почтальонъ, мы совсѣмъ не знаемъ, нужно итти самимъ, чтобы получить въ конторѣ почту.
На этотъ разъ пошла мама. Дни полученія почты настоящіе праздники для насъ: они приносятъ письма и газеты -- привѣты и вѣсти съ юга, а иногда и маленькій пакетикъ отъ бабушки или отъ другихъ хорошихъ друзей, которые хотятъ насъ порадовать.
Но сегодня не было ничего, только Тордисъ получила большое, толстое письмо съ надписью. Почеркъ былъ незнакомъ мамѣ. Это былъ сильный, смѣлый почеркъ. Мама начала кой о чемъ догадываться! Можетъ быть, отъ Нансена? Нѣтъ, мамѣ казалось это немыслимымъ, но внутри была фотографія.
Нечего скрывать, что у мамы отъ нетерпѣнія покраснѣли щеки, и она быстро, какъ только могла, пошла домой.
Когда она еще подходила къ дому, то закричала: -- Тотти! иди внизъ! Тебѣ пришло письмо, можешь угадать отъ кого?