-- Мнѣ кажется, ребенокъ скоро умретъ,-- онъ такой странный,-- шепнула она. Когда мама взглянула на дѣвочку, та лежала неподвижная, посинѣвшая.
Бабушка хотѣла взять ее, но мама предупредила ее и сказала:
-- Нѣтъ, пусть она останется у меня, пусть она умретъ на моихъ рукахъ.
Въ этотъ моментъ въ комнату вошли папа и пасторъ, онъ пришелъ освѣдомиться о здоровьѣ мамы. Тогда бабушка сказала ему, что случилось.
Папа наклонился надъ своей маленькой дочкой и проговорилъ тихо: "Да, скоро конецъ, -- и она тоже отправится на кладбище"!
И папа опустился на колѣни около мамы.
-- Принесите старую серебряную чашу -- мы ее окрестимъ, господинъ пасторъ?-- сказала мама.
Мама выпрямилась и говорила спокойно и рѣшительно. Бабушка держала умирающую дѣвочку предъ пасторомъ, свѣчи тускло свѣтили, въ серебряной чашѣ блестѣла вода.
-- Какъ ее назвать?-- спросилъ пасторъ.
Никто не отвѣчалъ. Блѣдная и спокойная сидѣла мама, выпрямясь на кровати. "Ее будутъ звать Ливъ" {Ливъ означаетъ жизнь.}. Пасторъ посмотрѣлъ вопросительно на маму, онъ думалъ, что она бредитъ. Но мама повторила: "Назовите ее Ливъ, я знаю хорошо, что я говорю". Въ это мгновеніе мама почувствовала, что ея маленькая дѣвочка останется въ живыхъ.