-- Во всякомъ случаѣ, началъ Галюшэ нерѣшительнымъ тономъ, но Козмо его перебилъ:
-- Вы хотите сказать, что во всякомъ случаѣ мнѣ будетъ трудно привести въ исполненіе мой планъ безъ вашего содѣйствія. Позвольте мнѣ вамъ отвѣтить на это очень серьёзно, что я могу обойтись и безъ васъ, но мнѣ легче будетъ достичь своей цѣли, еслибъ мы сошлись съ вами, чего я очень желаю. Я сознаюсь, что ваше содѣйствіе хотя и не составляетъ необходимости, но будетъ очень для меня полезно. Я, готовъ, поэтому сдѣлать всякую, конечно, благоразумную уступку, чтобъ пріобрѣсть ваше содѣйствіе. Будемъ же работать вмѣстѣ.
Съ откровенной, торжествующей улыбкой, итальянецъ протянулъ руку Галюшэ, который мгновенно взвѣсилъ всѣ выгоды и невыгоды союза съ человѣкомъ, который чувствовалъ себя настолько сильнымъ, что ища его помощи, гордо заявлялъ, что можетъ обойтись безъ него. Дѣйствительно, Козмо долженъ былъ разсчитывать на громадную поддержку, если онъ рисковалъ поссориться съ нимъ, Галюшэ, нотаріусомъ іезуитовъ, многихъ легитимистовъ и католическихъ конгрегацій. Но съ другой стороны было невыносимо поддаваться такому насилію, и гдѣ же, въ своей конторѣ, въ своемъ царствѣ. Однако, Галюшэ былъ самъ достаточно силенъ, чтобъ иногда выказать слабость. Онъ зналъ, когда слѣдовало уступить и когда надо было выказать стойкость. Поэтому, онъ поспѣшно и искренно пожалъ протянутую ему руку.
-- Мое пламенное желаніе содѣйствовать интересамъ религіи и легитимизму, сеньоръ Козмо, сказалъ онъ: -- посмотримъ, какимъ образомъ я могу помочь вашему предпріятію, согласно привезеннымъ вами вліятельнымъ рекомендаціямъ.
Считая, что онъ достаточно далъ почувствовать свою силу, Козмо началъ излагать свою великую идею. Удивленный, очарованный нотаріусъ, слушалъ его съ лихорадочнымъ вниманіемъ. Онъ думалъ про себя, что этотъ человѣкъ, говорившій столь краснорѣчиво, съ такой ясной, убѣдительной логикой и такимъ мелодичнымъ голосомъ, былъ бы великимъ адвокатомъ. Главное же видѣлъ ясно, что имѣлъ дѣло съ человѣкомъ, знавшимъ, къ чему стремится и умѣвшемъ объяснить, какъ намѣренъ достичь своей цѣли; а это -- рѣдкое явленіе въ практикѣ дѣловыхъ людей.
-- Ну, сказалъ, наконецъ, Козмо, самымъ вкрадчивымъ тономъ: -- все, что я излагалъ до сихъ поръ -- наша внутренняя политика. Наша же внѣшняя политика будетъ нѣсколько иная. Хотя нашъ финансовый крестовый походъ предпринятъ противъ евреевъ и невѣрующихъ, но мы должны употребить въ дѣло и евреевъ, и невѣрующихъ для скорѣйшаго достиженія успѣха. Мы соблазнимъ ихъ громадностью наживы. Участіе ихъ въ этомъ дѣлѣ можетъ принести громадныя выгоды, и я не намѣренъ отказываться отъ денегъ, кто бы ихъ ни принесъ. Одна изъ первыхъ еврейскихъ банкирскихъ конторъ, Абирамъ и Ко, войдетъ въ составъ перваго синдиката и подпишется вмѣстѣ со мною на восьмую долю всего капитала. Они мои старинные друзья.
-- Конечно, ихъ поддержка имѣетъ громадное значеніе. Но имъ извѣстно, что это будетъ католическое учрежденіе?
-- Да, и они полагаютъ, что именно по этой причинѣ оно и будетъ имѣть успѣхъ. Вы видите, г. Галюшэ, прибавилъ итальянецъ съ улыбкой:-- деньги примиряютъ всѣ интересы, оканчиваютъ всѣ ссоры, дѣлаютъ всѣхъ братьями, однимъ словомъ, это новая религія и въ ней также есть рай, гдѣ самые разнородные звѣри пользуются одинаковымъ блаженствомъ.
-- Смотрите, сеньоръ Козмо, чтобъ въ вашемъ раѣ не оказался одинъ звѣрь -- Мефистофель, который съѣстъ всѣхъ остальныхъ.
-- Absit amen! Мы это и намѣрены сдѣлать. Но, извините меня, ваша метафора неудачная -- вы смѣшиваете Гёте съ Моисеемъ. Я надѣюсь, что не жезлъ Аарона пожретъ всѣ остальные. Мы должны поддержать первенство египтянъ надъ евреями.