Новый взглядъ и коварная улыбка побѣдили Тадди. Его повели далѣе на шелковомъ снуркѣ.
Что-то случилось, но онъ самъ не зналъ что. Онъ ощущалъ какую-то необходимость часто глядѣть въ прекрасные каріе глаза Эмили и какъ можно ближе идти къ ней по тротуару.
Серафина была принуждена выступать одна впереди. Однако, она слышала, какъ Джобсонъ, у котораго теперь развязался языкъ, весело болталъ и подсмѣивался надъ Томомъ Скирро. Хотя не стоитъ повторять этой юношеской болтовни, но обѣ молодыя дѣвушки были, повидимому, очарованы ею. Скирро могъ слышать ихъ смѣхъ и отгадывалъ, что смѣялись надъ нимъ. Онъ поэтому ускорилъ шаги и вскорѣ явился къ судьѣ Турнбилю, въ домѣ котораго уже собралась молодежь и гуляла отдѣльными группами по саду, подъ тѣнистыми деревьями. Въ молодыхъ провинціальныхъ городахъ правила свѣтскаго приличія не такъ строго наблюдаются, какъ въ старомъ свѣтѣ, и на вечерахъ, подобныхъ вечеру мистрисъ Турнбиль, молодежь исключительно находилась подъ ея надзоромъ, который былъ далеко не драконовскимъ. Эта почтенная особа была родомъ изъ Рочестера, въ штатѣ Нью-Йоркъ и постоянно говаривала:
-- Молодые люди должны свободно видѣться, и тогда менѣе будетъ скандаловъ. Вы слишкомъ ихъ отдаляете другъ отъ друга, не спуская съ нихъ глазъ, и невольно заставляете ихъ тайкомъ перемигиваться или даже назначать свиданія подъ покровомъ мрака. Мои родители держали меня такъ строго, что я могла видѣться съ своей первой любовью, только выйдя изъ окна своей комнаты, находившейся въ нижнемъ этажѣ. Наши свиданія были ночью, и я бѣгала по сырой землѣ въ туфляхъ. Ничего дурного отъ этого не произошло, но я схватила ревматизмъ на всю жизнь. Конечно, мы могли бы такъ же хорошо видѣться въ гостинной, передъ пылающимъ каминомъ. Онъ былъ крупный дуракъ, но мнѣ нравилось, когда кто-нибудь ухаживалъ за мною, и я едва не сдѣлалась женою этого тупого чулочника.
Мистрисъ Джобсонъ считала жену судьи немного вульгарной, но высоко цѣнила ея доброту и не могла забыть, что она однажды, во время болѣзни Маріанны, ухаживала за ней въ продолженіи двухъ сутокъ. Конечно, странные аргументы мистрисъ Турнбиль ее нисколько не убѣдили, но она слѣпо довѣряла Этель и Тадди, а потому и пускала ихъ всегда однихъ. Но это не помѣшало бы лэди Пилькинтонъ очень удивиться, еслибы до нея дошла вѣсть о подобномъ забвеніи ея другомъ основныхъ правилъ свѣтскаго приличія.
Первое, что бросилось въ глаза Тадди, когда онъ отворилъ калитку сада и пропустилъ впередъ молодыхъ дѣвушекъ, былъ Томъ Скирро, гулявшій съ Этель Джобсонъ, которую хозяйка дома отдала подъ его покровительство, послѣ долгаго тщетнаго ожиданія брата. Онъ вспыхнулъ и громко подозвалъ къ себѣ сестру. Она обернулась и, увидѣвъ своихъ подругъ, дочерей Латуша, поспѣшила къ нимъ. Онѣ поцѣловались, пока Скирро разсѣянно смотрѣлъ въ свою одноглазку, а Джобсонъ гордо не удостоивалъ его даже взглядомъ. Томъ былъ хладнокровнѣе Тадди. На щекахъ его не видно было румянца, и глаза его не блестѣли. Онъ снялъ шляпу и поклонился молодымъ дѣвушкамъ съ вызывающимъ спокойствіемъ.
-- Вы, я вижу, миссъ Латушъ, принялись изучать законы, замѣтилъ онъ, обращаясь къ Эмили.
Она покраснѣла и взглянула на Тадди, который, такъ же весь побагровѣвъ, отвѣчалъ, обращаясь къ Эмили и какъ бы не замѣчая присутствія Тома:
-- Я полагалъ, что вы и ваша сестра могутъ заниматься чѣмъ угодно, не подвергаясь дерзкимъ допросамъ.
-- Миссъ Джобсонъ, будемъ мы продолжать нашу прогулку? спросилъ хладнокровно Скирро у Этель.