-----
Франція, Туръ, январь 18..
"Любезный Винистунъ,
Мы вчера оставили Парижъ и мнѣ надо вамъ объяснить почему. Это удивительная исторія. Въ среду мы смотрѣли съ дядей Тартюфа въ Одеонѣ. Спектакль ему надоѣлъ, потому что онъ понимаетъ только обычныя разговорныя французскія фразы, и онъ предложилъ потомъ пойти въ одинъ изъ café. на бульварахъ. Мы отправились и, наконецъ, выбрали большой, блестяще освѣщенный café, гдѣ самая пестрая публика уничтожала мороженое, кофе и ликеры. Оба пола имѣли тутъ почти одинаковое число представителей. Дядя прошелъ въ своей шинели и кашмировой шали, завернутой вокругъ горла, въ задній уголокъ и усѣлся, прислонясь спиной къ стѣнѣ. Я сѣлъ противъ него. Между нами былъ маленькій столикъ. Позади меня, за сосѣднимъ столомъ, я замѣтилъ очень нарядную, въ громадной шляпкѣ, нарумяненную даму, не очень молодую, но съ блестящими глазами. Генералъ снялъ свою шаль и началъ со мною разговаривать. Вдругъ я услыхалъ визгливый голосъ за мною:
-- Что? Это Гарри Джобсонъ!
Еслибъ вы только видѣли въ эту минуту лицо добраго старика. Глаза его едва не выскочили отъ ужаса и удивленія; его загорѣлыя щеки посинѣли. Я инстинктивно обернулся. Женщина, сидѣвшая за сосѣднимъ столомъ, смотрѣла на него съ саркастической улыбкой, скаля свои бѣлые зубы, окаймленные крашеными губами.
-- Елена! произнесъ онъ глухимъ голосомъ:-- Боже мой, какъ вы здѣсь?
Я видѣлъ, что онъ былъ очень взволнованъ. Онъ поспѣшно схватилъ свою шаль и шляпу.
-- О! воскликнула она: -- не торопитесь уходить, майоръ Джобсонъ...
-- Генералъ, сэръ Гарри Джобсонъ! перебилъ онъ ее невольно, съ учтивымъ поклономъ.