-- Это просто гнусно. Я ненавижу эту женщину и не хочу имѣть съ нею ничего общаго. Большая разница сражаться открыто съ человѣкомъ въ печати или грабить его съ помощью какой-то презрѣнной искательницы приключеній.
-- Милая Эмили, отвѣчалъ Скирро, садясь снова въ кресло:-- предоставь мнѣ спасать свою душу, какъ я умѣю. Я не хочу умереть съ голоду, когда человѣкъ, который перебѣгаетъ мнѣ дорогу на каждомъ шагу, можетъ меня накормить. Я обѣщалъ помочь мистриссъ Гильдьяръ совѣтомъ, а она обязалась мнѣ за это заплатить. Я теперь сбѣгаю къ ней и приведу ее сюда. Пусть она разскажетъ намъ о своемъ свиданіи. Это должно быть очень интересно.
И онъ поспѣшно вышелъ изъ комнаты.
Эмили вздрогнула, едва не лишилась чувствъ и, закрывъ лицо руками, промолвила сквозь зубы:
-- Я достойно наказана. Отецъ и мать меня бросили, я на вѣки связана съ Томомъ Скирро; Тадди Джобсонъ меня ненавидитъ, а онъ былъ настоящій джентльмэнъ и... я должна водить дружбу съ этой ужасной женщиной! О милостивый Боже, прости меня и помилуй!
Тутъ отворилась дверь и взошла мистриссъ Гильдьяръ. Она замѣнила свой гуляльный костюмъ утреннимъ капотомъ и пестрымъ чепцемъ. То и другое было немного полиняло, но бросалось въ глаза. За ней слѣдовалъ Скирро съ сіяющимъ лицомъ. Но она говорила такимъ громкимъ, рѣзкимъ и покровительственнымъ тономъ и въ ея обращеніи съ Томомъ было что-то такое, что Эмили всегда вздрагивала при видѣ ея.
-- А, мистриссъ Скирро, воскликнула она:-- какъ вы сегодня себя чувствуете? Неправда ли, брачная жизнь имѣетъ свои маленькія непріятности? Ну, я видѣла вашу старую любовь. Поздравляю, у васъ хорошій вкусъ; онъ очень умный и приличный джентльменъ.
Скирро прикусилъ губу.
-- Разскажите намъ все подробно, воскликнулъ, онъ: -- я никогда не думалъ, что Джобсонъ такой олухъ.
Мистриссъ Гильдьяръ очень эфектно разсказала исторію своего свиданія съ Тадди.