-- Что же вамъ поручено мнѣ предложить?
-- Я уполномоченъ окончить съ вами это дѣло, если ваши условія не будутъ чудовищными. Но мои уполномочья имѣютъ силу только сегодня, и потому не уходите. Съ нашей стороны три требованія: первое, чтобы въ теченіи сорока восьми часовъ, вы выѣхали изъ Англіи и обязались никогда въ нее не возвращаться, и второе, чтобы вы прекратили всякія сношенія съ человѣкомъ, по имени Скирро, и его женою.
-- Его бросить не трудно, промолвила она съ презрительной улыбкой.
-- Это, вѣроятно, другъ, не стоющій большаго вниманія, замѣтилъ Винистунъ съ ядовитымъ сарказмомъ: -- въ третьихъ, мы требуемъ, чтобы вы передали намъ всѣ имѣющіяся у васъ письма генерала Джобсона. Я убѣжденъ, что они находятся въ маленькомъ ридикюлѣ, который на васъ. На этихъ трехъ условіяхъ, исполнить которыя вы обяжетесь письменно, я готовъ вамъ предложить пожизненный пенсіонъ, на который вы будете въ состояніи прожить припѣваючи въ любомъ европейскомъ городѣ.
-- А чѣмъ я буду обезпечена, что буду получать аккуратно этотъ пенсіонъ, цифру котораго вы между прочимъ не опредѣлили?
-- Если вы подпишете тотчасъ это условіе, которое, я увѣренъ, вы свято исполните, то завтра будетъ внесенъ необходимый капиталъ въ банкирскую контору Кутсъ и К°, и она будетъ въ положенные сроки высылать вамъ слѣдуемыя суммы.
-- А если я не подпишу?
-- То мы болѣе не вступимъ ни въ какіе переговоры.
-- Назначьте сумму, на которую, по вашему, я буду въ состояніи жить припѣваючи въ любомъ европейскомъ городѣ.
-- Четыреста фунтовъ стерлинговъ въ годъ. И я долженъ прибавить, что эта значительная сумма назначена изъ желанія нестолько отдѣлаться отъ непріятности, сколько доставить вамъ изъ состраданія возможность провести послѣдніе ваши дни честно и счастливо.