-- Хорошо, благодарю васъ за вашу доброту... за вашу теплую привязанность.
-- Но не могу-ли я надѣяться?
-- Нѣтъ.
-- Могу я вѣрить, что никто...
-- Никому другому не войдетъ въ голову подобной мысли... но еслибы она вошла... то, даю вамъ слово... мой отвѣтъ былъ бы одинаковый. Простите меня еще разъ. Я болѣе не могу оставаться.
И она вышла изъ комнаты.
VII.
Платоническая любовь.
Прійдя въ свою комнату, Берта Джобсонъ легла на постель и, закрывъ глаза, стала обдумывать только-что происшедшую сцену. Хотя лордъ Сваллотэль былъ интимный другъ дома и постоянный посѣтитель Арлингтонъ-Стрита, хотя даже Джобсонъ обратилъ вниманіе на его ухаживаніе за Бертой, но она сама считала его чувства къ ней лишь сантиментальной дружбой. Съ своей стороны, она питала къ нему только искреннее уваженіе, и если теперь о чемъ-нибудь сожалѣла, то лишь о томъ, что была вынуждена огорчить благороднаго и здравомыслящаго друга.
Она вскорѣ перестала и думать о лордѣ Сваллотэлѣ.