-- Сегодня утромъ, милордъ епископъ, сказалъ Артуръ послѣ первыхъ привѣтствій:-- вы сдѣлали нѣчто такое, что можетъ имѣть серьёзныя послѣдствія для моего сына нетолько въ этой, но и въ будущей жизни; зная хорошо ваши сочиненія, я удивленъ и огорченъ, какъ вы, столь краснорѣчивый защитникъ христіанскаго ученія любви, могли поступить такъ.
-- Еще болѣе удивительно и горько, что вашъ сынъ осмѣлился написать такую клевету на церковь, которую мы одинаково съ вами уважаемъ и любимъ, отвѣчалъ епископъ.
-- А вы прочли его книгу? спросилъ сэръ Артуръ, не сознавая, какъ обиденъ этотъ вопросъ.
Епископъ гнѣвно кивнулъ головой.
-- И вы полагаете, что моего сына надо клеймить названіемъ безбожника за то, что онъ возстаетъ противъ тѣхъ заблужденій и злоупотребленій, уничтоженіе которыхъ должно быть первой обязанностью духовенства?
-- Эта книга внушена ему самимъ діаволомъ, произнесъ торжественно епископъ:-- какъ это мнѣ ни больно сказать вамъ, сэръ Артуръ. Вы преданный сынъ церви и, конечно, понимаете, что какіе бы ни были недостатки въ человѣческихъ слугахъ церкви, она, въ общемъ своемъ составѣ, какъ церковь вселенская, церковь историческая, церковь воинствующая и церковь торжествующая, имѣетъ божественное происхожденіе и божественную власть. Издѣваться надъ церковью и надъ духовенствомъ -- значитъ издѣваться надъ Богомъ!
-- Простите, милордъ епископъ, отвѣчалъ смиренно сэръ Артуръ:-- я съ вами не согласенъ. Я истинный сынъ церкви, уважаю и люблю ее, но считаю, что всякій въ правѣ и даже обязанъ клеймить злоупотребленія въ церкви, какъ и во всякомъ другомъ учрежденіи.
-- Я вижу, что мы расходимся съ вами, сэръ Артуръ, въ самыхъ коренныхъ принципахъ, произнесъ епископъ съ улыбкой:-- и, конечно, не стоитъ намъ вступать въ споръ, продолжающійся уже вѣками. Лучше перейдемъ къ цѣли вашего посѣщенія.
-- Моя цѣль просить васъ, милордъ епископъ, обдумать хорошенько вашъ шагъ, могущій имѣть такія послѣдствія. Если мой сынъ недостоинъ находиться въ вашемъ обществѣ, то онъ недостоинъ находиться и въ обществѣ своего тестя, вашего подчиненнаго. Подумайте, къ чему можетъ привести подобное отлученіе отъ церкви и семьи?
-- Я буду глубоко огорченъ, если мой поступокъ причинитъ семейную распрю и ни мало не хочу вмѣшиваться въ семейныя отношенія моего друга. Я только не могу дружески обращаться съ авторомъ этой вредной книги, а какъ же вы хотите, чтобы я съ нимъ обращался въ деканскомъ домѣ? Что же касается до отвѣтственности за могущія произойти послѣдствія отъ исполненія мною моей священной обязанности, то она вполнѣ падаетъ на того, кто причинилъ всѣ эти непріятности.