"Мне кажется, я стану хорошим игроком,-- говорят они.-- Я, так сказать, имею к тому природные способности". Понимаете?
Есть у меня приятель -- старый капитан-моряк. Он любит, когда все три шара лежат по прямой линии, так как тогда он знает, что может сделать карамболь, и красный будет там, где он захочет. У нас гостил молодой ирландец Мэлони, товарищ Дика. Как-то после обеда шел дождь, и капитан предложил Мэлони показать ему, как молодой человек должен играть на бильярде. Он научил его, как держать кий, и объяснил, как расположить шары... Мэлони был ему благодарен и упражнялся около часу. Здоровый, крепкий молодой человек был, по-видимому, не из многообещающих. Он никак не мог понять, что играет не в крокет. Каждый раз, как ему приходилось нацелиться слишком низко, результатом была потеря шара. Для сохранения времени и мебели, мы с Диком стали следить за шаром вместо него. Дик стоял у продольного конца, а я у поперечного. Однако это было скучно, и после того, как Дик два раза подхватил его шар, мы согласились, что он выиграл, и повели его пить чай. Вечером никто из нас не пожелал снова пробовать счастья -- капитан сказал, что ради забавы он дает Мэлони восемьдесят пять вперед и будет играть до ста.
Откровенно говоря, игра с капитаном не доставляла мне особенного удовольствия.
Для меня игра состояла в хождении вокруг бильярда, в бросании ему обратно шаров и произнесении слова "так!". Когда наступал мой черед, мне казалось, что все идет против меня. Он милый старичок, и намерения у него самые лучшие, но тон, которым он говорит: "Промах!" -- когда я промахнусь, раздражает меня. Я чувствую желание швырнуть ему шаром в голову и весь бильярд выбросить за окно. Может быть, это происходит оттого, что я нахожусь в возбужденном состоянии, но его манера записывать очки раздражает меня. Он носит с собой мелок в жилетном кармане -- как будто наш мелок не достаточно хорош для него -- и, окончив запись, сглаживает большим и вторым пальцем кончик мелка, а кием постукивает по столу. Мне хочется сказать ему: "Продолжайте же игру, к чему все эти ужимки".
Капитан начал с промаха, Мэлони схватил кий, глубоко перевел дух и пустил шар. В результате получилось десять: карамболь, и все три шара в лузе. Конечно, он дважды повторил карамболь, но второй раз, как мы ему объяснили, в счет не шел.
-- Хорошее начало,-- сказал капитан.
Мэлони был, по-видимому, доволен собой и снял куртку. При первой прогулке вверх по столу шар Мэлони пробежал мимо красного, на расстоянии около фута; но потом он поймал его и послал в лузу.
-- Девяносто девять,-- сказал Дик, записывая.-- Не лучше ли капитан, назначить сто пятьдесят?
-- Может быть и лучше назначить сто пятьдесят, если мистер Мэлони ничего не будет иметь против...
-- Совершенно как вам угодно, сэр,-- сказал Мэлони.