-- Беги скорей! -- посоветовала Вероника. Совет казался хорошим.
-- Дорогой продолжай думать о книге! -- крикнула Вероника мне вдогонку.
-- А ты записывай, что тебе придет в голову,-- ответил я.
-- Как мы ее назовем? -- во все горло крикнула Вероника.
-- "Почему человеку с луны все казалось навыворот",-- ответил я ей тоже благим матом.
Обернувшись, я увидал, что она сидит на откосе полотна и одним из своих башмаков дирижирует воображаемым оркестром. Поезд шесть пятнадцать, к счастью, опоздал.
Я счел за лучшее рассказать жене всю правду: как наша печь пострадала.
-- Скажи мне сразу все худшее,-- стала меня убеждать Этельберта.-- Вероника ранена?
-- Худшее это то, что мне придется заплатить за новую плиту.
Мне кажется несправедливым, чтобы при каждом неприятном происшествии само собой подразумевалось участие в нем Вероники.