-- А твое предательство? спросилъ Снебъ, живо вспоминая кладбище, колоду и цыгана съ мѣдникомъ.
Всѣ убѣжденія Дёбльбрена были тщетны, и испуганный упорствомъ Снёба, онъ вдругъ опасно заболѣлъ. Мавръ, однако, твердо рѣшившійся привести въ исполненіе свое правосудное рѣшеніе, послалъ къ нему своего доктора. Этотъ ученый мужъ сначала опоилъ Дёбльбрена, потомъ выпустилъ изъ него неслыханное количество крови и наконецъ объявилъ, что онъ непремѣнно умретъ: докторъ оставилъ Дёбльбрена, увѣряя его, что онъ не проживетъ и одного дня.
-- Я умираю, сказалъ Августъ Кристоферу, и въ первый разъ въ жизни, казалось, на лицѣ у него была написана правда.-- Я умираю, и такъ какъ мы когда-то съ тобой не совсѣмъ были въ ладу, то надѣюсь, другъ мой, что ты простишь меня теперь.
-- Изволь,-- отвѣчалъ Китъ: -- охотно прощаю тебѣ все, только окажи мнѣ послѣднюю услугу: милый другъ, такъ какъ уже ты навѣрное умрешь, то возьми на себя этотъ небольшой проступокъ!
-- Какъ, что это, про жену? вскричалъ Августъ.
-- Я сидѣлъ въ колодѣ за тебя; я вынесъ на себѣ всю тяжесть твоихъ украденныхъ утокъ, замѣтилъ Кристоферъ.
-- Можетъ быть, я подымусь, сказалъ Дёбльбренъ.
-- Не можетъ быть! отвѣчалъ Снёбъ.
-- Ну, а если я поправлюсь? спросилъ Августъ.
-- Ты ужь покойникъ, отвѣчалъ Снёбъ.