Двое или трое подняли сэра Роджера и подвели его на нѣсколько шаговъ впередъ, такъ, чтобы онъ могъ видѣть все происходившее. Онъ посмотрѣлъ пристально на Фарольда, стоявшаго впереди другихъ, но не могъ наблюдать его дольше минуты и упалъ въ конвульсіяхъ обратно на землю. Это зрѣлище оказалось не безъ вліянія на сторожей. Если бы они знали сэра Роджера и принимали участіе въ его судьбѣ, это пробудило бы въ нихъ можетъ статься жажду мщенія; но въ страданіяхъ незнакомаго человѣка они видѣли только участь, ожидающую и ихъ, если они вступятъ въ борьбу съ цыганами. Гарвей еще готовъ бы былъ рискнуть, но по лицамъ товарищей увидѣлъ, что они его не поддержатъ и даже, можетъ быть, просто, разбѣгутся.
Не желая, однако же, оставить начатого, подстрекаемый и личной ненавистью и обѣщанной наградой, онъ колебался, и все еще смотрѣлъ на Фарольда и его товарищей, произнося такія слова, которыя вызвали бы ихъ на нападеніе.
-- Мошенники! говорилъ онъ.-- Любо мнѣ было бы взглянуть, какъ васъ перевѣшаютъ всѣхъ рядомъ. Зачѣмъ вы ходите воровать? Вы и дѣтей воруете, кровопійцы! Да не миновать вамъ висѣлицы!
Губы Фарольда задрожали отъ гнѣва. Обратившись къ одному изъ цыганъ постарше, онъ шепнулъ ему что-то на ухо, и цыгане тотчасъ же тронулись съ мѣста. Они отступали тихо и въ порядкѣ. Четверо, подъ предводительствомъ Фарольда, охраняли арріергардъ, обращенные лицомъ къ сторожамъ. Гарвей, ободренный отступленіемъ непріятеля, шелъ за ними съ своимъ отрядомъ; двое или трое остались при раненыхъ.. На каждомъ шагу, впрочемъ, кто-нибудь изъ сторожей отставалъ и уходилъ потомъ къ мѣсту, гдѣ лежали раненые. Когда цыгане достигли ограды, при Гарвеѣ оказалось только три человѣка, и Фарольдъ, нѣсколько раздраженный его упорнымъ преслѣдованіемъ, оборотился къ нему не совсѣмъ съ ласковымъ выраженіемъ лица. Его взяла досада; злой демонъ, гнѣздящійся въ сердце каждаго человѣка, уже возвысилъ-было свой голосъ, но Фарольдъ заставилъ его умолкнуть, подавилъ въ себѣ желаніе мести и сказалъ только сторожу, чтобы онъ не дѣлалъ ни шагу дальше, пока его люди не перелѣзли черезъ ограду. Гарвей отвѣчалъ проклятіемъ, но Фарольдъ спокойно поставилъ на ограду четырехъ человѣкъ съ ружьями, для защиты прочихъ. Цыгане перелѣзли одинъ за однимъ; послѣдній былъ Фарольдъ. Гарвей, разразившись бранью, оборотился и пошелъ назадъ къ своимъ товарищамъ.
Фарольдъ и его спутники шли въ молчаніи къ табору, расположенному не вдалекѣ отъ парка. Ходившіе на промыселъ за дичью удивились, увидя, что тутъ все готово въ путь. Лошади были запряжены въ повозки, палатки собраны, и на мѣстѣ табора горѣлъ только одинъ огонь, возлѣ котораго тетка Грей и другія женщины стояли съ поникшими головами, грустно глядя на одинокій котелъ. Эта группа тотчасъ же дала дорогу Фарольду и его спутникамъ. Фарольдъ, дошедши до средины, остановился, сложилъ на груди руки, грозно посмотрѣлъ на старуху и сказалъ:
-- Вотъ плоды твоихъ наущеній -- драка, кровопролитіе, убійство и, весьма вѣроятно, смерть этого молодого безумца, который послушался твоего совѣта,-- смерть на висѣлицѣ!
-- Чтожь, хорошая смерть, проворчала старуха: -- отецъ его тоже умеръ на висѣлицѣ.
-- Ты же, Дикконъ, продолжалъ онъ, не обращая вниманія на ея слова:-- ты не уйдешь отъ наказанія. Слушай: ты всегда былъ ослушникомъ, ты забылъ законы и обычаи нашихъ предковъ, ты не членъ нашей общины. Таборъ нашъ долженъ раздѣлиться и разойтись въ разныя стороны, чтобы избѣжать послѣдствій твоего проступка; но ты иди отъ насъ прочь, и навсегда. Не отвѣчай, но слушай! Если бы я не возвратился раньше, нежели ты ожидалъ, и не поспѣшилъ остановить тебя и привести назадъ, если бы я не поспѣлъ во-время выручитъ тебя изъ бѣды, въ котрую ты попалъ, благодаря преступному замыслу,-- ты и твои товарищи лежали бы теперь связанные по рукамъ и по ногамъ, ожидая суда людей, питающихъ къ намъ ненависть и презрѣніе. Я спасъ тебя отъ неволи; но ты долженъ бѣжать и укрыться, чтобы спасеніе не было безплодно. Иди прочь отъ насъ, прочь! и къ какому бы племени людей ты ни присталъ,-- отречешься ли ты отъ твоего народа, какъ отрекся отъ его законовъ, пристанешь ли къ другому табору,-- помни, что неповиновеніе властямъ неминуемо влечетъ за собою бѣду, и старайся не дѣлать подобныхъ проступковъ.
Фарольдъ замолчалъ, и одинъ изъ цыганъ шепнулъ ему что-то на ухо.
-- Это правда, сказалъ Фарольдъ: -- ему итти далеко и долго,-- мы всѣ снабдимъ его на дорогу.