-- Что мнѣ въ томъ, если я долженъ умереть? сказалъ мрачно цыганъ, опустивши взоры въ землю.
Но лордъ Дьюри замѣтилъ, что въ душѣ его происходитъ борьба, и хранилъ молчаніе.
-- Мнѣ никого не хотѣлось бы видѣть, кромѣ Лены, произнесъ наконецъ цыганъ съ глубокимъ вздохомъ: -- да Фарольдъ не отпуститъ ея, если я и попрошу.
-- А почему? спросилъ лордъ съ возможнымъ равнодушіемъ: -- зачѣмъ ему не пустить ея, если это доставитъ тебѣ удовольствіе? онъ жестокъ, если откажетъ въ этомъ человѣку, близкому къ смерти.
-- Нѣтъ, онъ не жестокъ, отвѣчалъ юноша: -- онъ строгъ, но не жестокъ; онъ не пуститъ ея потому, что годъ тому назадъ я долженъ былъ на ней жениться,-- такъ, по-крайней-мѣрѣ, говорила мнѣ тетка Грей,-- но Фарольдъ полюбилъ ее; она не отвѣчала его любви, но мать, умирая, отдала ее ему, потому-что онъ могъ заботиться о ней лучше всякаго другого. Онъ не любитъ, когда я говорю съ Леной.
-- Такъ онъ отнялъ у тебя невѣсту? сказалъ лордъ, обрадованный извѣстіемъ, обѣщавшимъ успѣхъ его замыслу: -- а теперь ревнуетъ ее къ тебѣ? Такъ слушай же, что я тебѣ скажу: судьба твоя въ твоихъ рукахъ. Ты можешь выбирать между жизнью и смертью.
Цыганъ посмотрѣлъ ему въ лицо, какъ-будто не понималъ, что онъ говоритъ, но тотчасъ же воскликнулъ:
-- Жить, жить! я хочу жить!
-- На это есть только одно средство, сказалъ лордъ: -- Фарольдъ,-- тотъ самый, который отнялъ у тебя невѣсту,-- убилъ моего брата и сына.
-- Такъ вотъ откуда достаетъ онъ деньги! воскликнулъ цыганъ.