-- Онъ говорилъ, что Фарольдъ истинный убійца его брата, отвѣчалъ сэръ Роджеръ.-- По я думаю объ этомъ иначе.
Онъ остановился, какъ-будто въ нерѣшимости, продолжать ли ему, или нѣтъ. Пасторъ тоже молчалъ. Во всѣхъ присутствовавшихъ пробудилось подозрѣніе, такое ужасное, что каждый изъ нихъ боялся услышать подтвержденіе его изъ устъ другого. Наконецъ сэръ Роджеръ приподнялся на локоть, какъ-будто сдѣлалъ надъ собою нравственное усиліе, и, устремивши глаза на пастора, сказалъ тихимъ и торжественнымъ голосомъ:
-- Такъ говорилъ онъ мнѣ. Но я, готовый предстать предъ Всемогущимъ, объявляю, что считаю его самого убійцею своего брата; Фарольдъ, вѣроятно, это знаетъ, и вотъ почему преслѣдуетъ онъ его такъ упорно. Запишите это; я не могу объяснить всѣхъ обстоятельствъ этого дѣла, но изслѣдовать его должно для спасенія невиннаго.
Помощникъ прочелъ все написанное; сэръ Роджеръ сдѣлалъ нетерпѣливый знакъ, чтобы ему подали перо и бумагу, и подписалъ на ней невѣрною рукою свое имя.
-- Теперь, докторъ, продолжалъ онъ: -- засвидѣтельствуйте, что показаніе это сдѣлано мною въ полномъ умѣ и сознаніи: а вы, Эдвардсъ, засвидѣтельствуйте, что, дѣлая его, я зналъ о предстоящей мнѣ смерти, и сдѣлалъ его въ доказательство моего истиннаго раскаянья въ грѣхахъ, въ числѣ которыхъ вчерашнее показаніе мое считаю я однимъ изъ самыхъ тяжкихъ. Вы можете сказать смѣло, что я чувствую близость моей смерти: она наступитъ, кажется, раньше, нежели вы ожидаете.
-- Выпейте вина съ водою, сэръ Роджеръ, сказалъ докторъ: -- это вамъ не повредитъ.
-- Знаю, отвѣчалъ сэръ Роджеръ угасающимъ голосомъ: -- теперь мнѣ ничто не повредитъ и не поможетъ.
Вино оживило его, однако же, на минуту, и онъ попросилъ пастора отнести его показаніе судьямъ, собравшимся въ залѣ.
-- Невинный не долженъ даже сидѣть въ тюрьмѣ, сказалъ онъ: -- я самъ сидѣлъ въ тюрьмѣ, и знаю, что это значитъ.
-- Здѣсь, я думаю, я буду полезнѣе, сказалъ пасторъ: -- мнѣ остается еще многое вамъ сказать,-- слова надежды и утѣшенія.