Онъ снова опустилъ голову на руки и устремилъ взоръ на цыгана, какъ-будто опасаясь, чтобы онъ не бѣжалъ.
-- Я докажу вамъ, что сказалъ правду, отвѣчалъ цыганъ:-- затѣмъ я и пригласилъ васъ сюда. Но будьте спокойнѣе и выслушайте, какія обстоятельства могли довести его до такого ужаснаго поступка.
-- Онъ его не дѣлалъ! пробормоталъ де Во; но цыганъ продолжалъ, какъ-будго не слыша возраженія:
"Я слышалъ всѣ эти подробности отъ человѣка, которому онѣ хорошо были извѣстны. Эдвардъ де Во, младшій изъ двухъ братьевъ, былъ очень неумѣренъ въ жизни. Онъ рано посѣтилъ другія страны, надѣлалъ тамъ шалостей и освоился съ пороками, которые стоятъ много денегъ. Мнѣ не хотѣлось бы васъ огорчать, но я долженъ сказать, что онъ велъ сильную игру и моталъ, тогда-какъ мать ваша терпѣла крайнюю нужду. Отъ отца ему досталось немного; самъ онъ ничего не пріобрѣлъ и могъ бросать деньги единственно благодаря щедрости брата. Однако, требованій его не могла удовлетворить никакая щедрость. Лордъ Дьюри увѣщевалъ его и грозилъ ему, но напрасно; онъ обѣщалъ сдѣлать для него многое, если онъ пріѣдетъ въ деревню и будетъ лучше обходиться съ вашею матерью. Она умерла, и съ этой стороны поводъ къ несогласію былъ уничтоженъ. Но это сняло послѣднюю узду съ ея мужа. Онъ пустился въ игру сильнѣе прежняго; все проигралъ; обратился къ брату, получилъ отказъ, и поставилъ на карту сумму, которой у него не было. Онъ проигралъ. Сэръ Вильямъ Рейдеръ, его короткій пріятель, обязался вмѣстѣ съ нимъ внести эту сумму въ опредѣленный срокъ; но не задолго до его истеченія Рейдеръ нигдѣ не могъ отыскать Эдварда де Во. Рейдеръ подумалъ, что онъ бѣжалъ, съ умысломъ оставить весь долгъ на его шеѣ, узналъ, по какой дорогѣ онъ отправился, и пустился за нимъ въ погоню. Онъ слѣдилъ за нимъ шагъ за шагомъ и настигъ его -- въ минуту убійства брата. Ужаснувшись, но не успѣвши хорошенько обдумать, что онъ дѣлаетъ, сэръ Вильямъ сдѣлался соучастникомъ въ преступленіи, давши слово хранить его въ-тайнѣ. Они пришпорили лошадей и умчались въ Лондонъ разными проселочными дорогами такъ быстро, что невозможно почти было повѣрить, чтобы они были отъ него такъ далеко. Зная, что скоро за нимъ пришлютъ, наслѣдникъ убитаго лорда не забылъ, на всякій случай, показываться въ такихъ мѣстахъ въ Лондонѣ, гдѣ присутствіе его было бы замѣчено, и посланный засталъ его, какъ я уже вамъ сказалъ, въ театрѣ. Что за адъ былъ у него въ душѣ, когда онъ смотрѣлъ на сценическія пошлости и шутки, не умѣю вамъ сказать".
-- Разсказъ вашъ хромаетъ, сказалъ де Во мрачно: -- какъ могъ онъ знать, на какомъ именно мѣстѣ застанетъ своего брата? Какъ могъ онъ....
-- По этому письму, отвѣчалъ цыганъ, подавая Эдварду старый, но хорошо сохранившійся листъ бумаги, съ ясно означенными на немъ почтовыми отмѣтками.
-- Я не могу читать при этомъ полусвѣтѣ, сказалъ де Во, заглянувши въ бумагу: -- въ чемъ она состоитъ?
-- Я вамъ скажу, отвѣчалъ цыганъ, доставая кремень и огниво и вырубивши огня: -- я вамъ скажу, хотя вы сейчасъ и сами будете въ состояніи прочесть его. Въ этомъ письмѣ дядя вашъ увѣдомляетъ вашего отца, что у него нѣтъ въ настоящую минуту требуемой имъ суммы, но что если онъ явится въ полдень осьмнадцатаго мая (день-убійства) въ гостинницу города ***, то получитъ отъ него 5,000 фунтовъ, т.е. все, что онъ можетъ удѣлить ему, не стѣсняя себя ради чужихъ шалостей. Вотъ вамъ огонь, прибавилъ онъ, зажигая сухую лучинку.
Де Во прочелъ письмо. Содержаніе его было точь-въ-точь какъ разсказалъ цыганъ. Онъ узналъ почеркъ дяди, знакомый ему по другимъ бумагамъ. Оно было написано за четыре дня до его смерти, подписано его именемъ, запечатано его печатью и адресовано на имя его брата. По почтовымъ отмѣткамъ, было очевидно, что отецъ Эдварда его получилъ. Де Во не могъ сомнѣваться, но утопающій хватается за соломенку; и онъ надѣялся еще найти въ ужасномъ разсказѣ что-нибудь подозрительное. Онъ отдалъ письмо назадъ и, скрестивши на груди руки, просилъ цыгана продолжать. Брови его нахмурились, глаза устремились какъ-то неопредѣленно въ пространство, и мысль блуждала въ хаосѣ мучительныхъ думъ.
"По этому письму -- продолжалъ цыганъ -- онъ зналъ въ точности, когда братъ его отправится въ городъ ***, и привычки лорда были ему извѣстны такъ хорошо, что онъ легко могъ устроить все остальное. Но преступникъ никогда не бываетъ спокоенъ: самый хладнокровный и рѣшительный всегда оставляетъ за собою хоть какой-нибудь слѣдъ, но которому его можно найти. Дядя вашъ явился позже, нежели онъ его ожидалъ, и онъ досталъ изъ кармана это письмо, желая увѣриться, не опоздалъ ли онъ. Въ эту минуту послышался топотъ лошади лорда Дьюри; братъ его торопливо сунулъ письмо въ карманъ, но оно проскользнуло мимо. Онъ этого не замѣтилъ, но я замѣтилъ. Когда дѣло было сдѣлано, онъ посмотрѣлъ въ-слѣдъ плывущей лошади и видѣлъ, какъ тѣло убитаго, высвободившись изъ стремянъ, камнемъ пошло ко дну. Я увѣренъ,-- это также вѣрно, какъ то, что надъ нами есть небо,-- въ ту минуту убійца готовъ былъ отдать и почести, и богатство, и самую жизнь, лишь бы воротить невозвратное. Онъ не могъ дольше выдержать этого зрѣлища, кольнулъ лошадь шпорами какъ бѣшеный и помчался назадъ по дорогѣ. На самомъ поворотѣ встрѣтился онъ съ сэромъ Вильямомъ Рейдеромъ. Что онъ ему сказалъ, не знаю, но онъ пожалъ ему руку, и они ускакали. Душевная тревога прошла, однакоже, скоро: прежде нежели онъ возвратился сюда, онъ уже рѣшилъ, какъ себя вести. Онъ распросилъ посланнаго и узналъ отъ него о сдѣланномъ мною показаніи. Я сказалъ, что могу подъ присягой указать убійцу, но не указалъ его; изъ этого онъ заключилъ, что я или не узналъ его, или рѣшился не выдавать. Впрочемъ, ему больше ничего и не оставалось, какъ итти на встрѣчу опасности смѣло и рѣшительно. Онъ такъ и сдѣлалъ. Когда меня ввели въ судейскую комнату, я увидѣлъ, что онъ слегка поблѣднѣлъ и приложилъ къ губамъ палецъ, но такъ, что я могъ принять и не принять это за знакъ молчанія. Я повторилъ мое показаніе и даже въ точности описалъ наружность убійцы; но эти примѣты никогда ни къ чему не ведутъ, и никто не спросилъ меня, нѣтъ ли преступника между присутствующими".