-- Потому-что вы въ то время были заняты гаданіемъ, возразила миссъ Фальклендъ. Онъ звонитъ каждый день въ этотъ часъ, и если мистриссъ Фальклендъ нѣтъ еще въ столовой, такъ я должна налить чай; пойдемте.
Они ушли. Блестящій самоваръ былъ поставленъ на свое мѣсто, и Изидора начала приготовлять завтракъ. Дворецкій между тѣмъ ходилъ все взадъ и впередъ отъ одного стола къ другому, и посматривалъ то на дѣвушекъ, то на Маннерса, то на каминъ. Наконецъ ему нечего было дѣлать, и онъ принужденъ былъ удалиться.
-- Джибсонъ смотритъ, какъ-будто у него на душѣ страшная тайна, сказала Изидора Маріаннѣ.-- Замѣтила ты, какъ онъ тутъ лавировалъ? Вы должны знать, Маннерсъ, что Джибсонъ у насъ особа привилегированная: онъ часто благоволитъ разсказывать намъ деревенскія тайны, несмотря на наше сопротивленіе.
-- Жаль же, что онъ не благоволитъ къ вамъ сегодня, сказалъ Маннерсъ.-- На свѣтѣ немного вещей лучше хорошо разсказанной сельской исторіи.
-- Кажется, вы ему помѣшали, замѣтила миссъ Фальклендъ.-- У него свои понятія о приличіи, и гость можетъ всегда быть увѣренъ въ его уваженіи. Но, судя по его лицу, я думаю, что онъ разрѣшился бы и при васъ, если бы только къ нему обратились хоть съ однимъ словомъ. Мнѣ стоило только сказать: "Джибсонъ, принеси еще масла", и онъ сейчасъ бы отвѣчалъ: "да, вотъ я вамъ разскажу: "сестра мужа дочери нашего садовника...." и такъ далѣе, цѣлый часъ.
Маннерсъ не могъ удержаться отъ смѣху, и даже Маріанна улыбнулась выходкѣ Изидоры. Но на лицѣ ея выражалось вмѣстѣ съ тѣмъ и безпокойство, которое могъ уничтожить своимъ присутствіемъ только де Во. Но онъ еще не являлся.
Вошла мистриссъ Фальклендъ, и первымъ вопросомъ ея послѣ обыкновенныхъ привѣтствій было:
-- А Эдварда еще нѣтъ? Неужели онъ такъ разлѣнился на войнѣ?
Какъ разъ въ эту минуту вошелъ дворецкій съ блюдомъ куропатокъ; онъ остановился посреди комнаты и подхватилъ:
-- Нѣтъ, мистеръ Эдвардъ не разлѣнился, а не пришелъ только потому, что вовсе не вставалъ.