-- По крайней мѣрѣ до той поры, пока вы не окончите вашъ портретъ. А не то завтра же утромъ вы получите важныя извѣстія, которыя заставятъ васъ уѣхать съ десятичасовымъ поѣздомъ.
-- Вы хотите сказать, что я выдумаю какой-нибудь предлогъ, чтобы уѣхать?
-- Если только вы не храбрѣе всѣхъ остальныхъ людей. Хозяева не часто кладутъ туда спать гостей, но иногда домъ бываетъ набитъ биткомъ, и по-неволѣ приходится кого-нибудь туда помѣстить. Въ результатѣ выходитъ всегда одно и то-же: плохо скрытое волненіе за завтракомъ и полученныя важныя извѣстія. Само собой разумѣется, эта комната если и отводится, то холостымъ; мы съ женой на другомъ концѣ дома. Но мы были свидѣтелями этой маленькой комедіи три дня тому назадъ... день спустя послѣ того, какъ мы сюда пріѣхали. Туда положили одного молодого человѣка... забылъ его имя... домъ вѣдь биткомъ набитъ народомъ... и произошла обычная исторія. Письмо за завтракомъ... странное, разстроенное лицо... неотлагательная необходимость ѣхать въ городъ... такая жалость, что приходится сократить визитъ. Ашморъ съ женой только переглянулись, а бѣдный молодой человѣкъ такъ и уѣхалъ.
-- Ахъ! это было бы совсѣмъ некстати для меня; я хочу сперва окончить портретъ. Но неужели они не любятъ говорить объ этомъ? Нѣкоторые люди гордятся, знаете, тѣмъ что у нихъ въ домѣ водятся привидѣнія.
Какой отвѣтъ собирался дать на этотъ вопросъ полковникъ Кепедосъ, нашъ герой этого такъ и не узналъ, потому что въ эту минуту вошелъ хозяинъ дома, въ сопровожденіи троихъ или четырехъ господъ. Лайонъ понялъ, что полковникъ не могъ продолжать разговора на эту тему.
М-ръ Ашморъ тотчасъ же заговорилъ съ Лайономъ, и высказалъ сожалѣніе, что ему еще не приходилось съ нимъ бесѣдовать. Предметомъ разговора естественно послужилъ тотъ поводъ, по которому пріѣхалъ художникъ. Лайонъ замѣтилъ, что для него очень невыгодно, что онъ не познакомился предварительно съ сэромъ Девидомъ... въ большинствѣ случаевъ это для него бываетъ очень важно. Но такъ какъ сэръ Дэвидъ такихъ преклонныхъ лѣтъ, то, разумѣется, нельзя терять времени.
-- О! я все вамъ разскажу про него,-- отвѣчалъ м-ръ Ашморъ, и въ продолженіе получаса говорилъ объ отцѣ.
Все, что онъ о немъ говорилъ, было очень интересно. Лайонъ видѣлъ, что старикъ, должно быть, славный человѣкъ, если такъ дорогъ сыну, который, очевидно, не изъ сантиментальныхъ.
Наконецъ, онъ всталъ, говоря, что долженъ идти спать, если хочетъ быть завтра утромъ со свѣжей головой, способной къ работѣ.
На это хозяинъ отвѣтилъ ему: