Оливеръ Лайонъ всегда проводилъ каникулы одинаково; первую недѣлю онъ гостилъ у старшаго брата, счастливаго обладателя на югѣ Англіи просторнаго стариннаго дома съ стариннымъ садомъ, который приводилъ его въ восторгъ, а затѣмъ уѣзжалъ за границу, обыкновенно въ Италію или въ Испанію. Этотъ годъ онъ выполнилъ программу, простившись съ своей недоконченной картиной; какъ это всегда бывало съ идеей, которую онъ силился перенести на полотно, онъ былъ лишь на половину доволенъ.
Однажды утромъ, въ деревнѣ, куря трубку на старинной террасѣ, онъ вдругъ почувствовалъ непреодолимое желаніе снова поглядѣть на свою картину и сдѣлать кое-какія ретуши. Желаніе было слишкомъ сильно, чтобъ не подчиниться ему, и хотя онъ долженъ былъ вернуться въ городъ только черезъ недѣлю, но онъ не въ силахъ былъ выжидать этого срока. Только взглянуть на картину! только какихъ-нибудь пять минутъ заняться ею, и нѣкоторыя сомнѣнія, возникшія у него въ умѣ, будутъ рѣшены!
И вотъ, чтобы доставить себѣ это удовольствіе, онъ на слѣдующее утро сѣлъ на поѣздъ и поѣхалъ въ Лондонъ. Онъ не предупреждалъ заранѣе о своемъ пріѣздѣ, собираясь позавтракать въ клубѣ и вернуться въ Суссексъ съ пятичасовыхъ поѣздомъ.
Въ Сенъ-Джонсъ Вудѣ жизнь никогда не кипитъ ключомъ, а въ первыхъ числахъ сентября Лайонъ нашелъ совершенную пустыню въ прямыхъ, залитыхъ солнцемъ улицахъ, которымъ небольшія, оштукатуренныя садовыя стѣны съ наглухо-запертыми дверями сообщали немного восточный характеръ.
Въ его собственномъ домѣ,-- куда онъ проникъ, самъ отворивъ ключомъ дверь, такъ какъ придерживался теоріи, что иногда полезно заставать слугъ врасплохъ,-- царила тишина. Добрая женщина, которой предоставлено было охранять домъ и которая соединяла должности кухарки и экономки, скоро однако прибѣжала, заслышавъ его шаги, встрѣтила его безъ конфуза и удивленія. Онъ сказалъ ей, что пріѣхалъ всего на нѣсколько часовъ... и будетъ заниматься въ студіи.
На это она отвѣтила ему, что онъ пріѣхалъ какъ разъ впору, чтобы увидѣть лэди и джентльмена, которые тамъ теперь находятся... Они пріѣхали всего лишь пять минутъ тому назадъ. Она имъ говорила, что барина нѣтъ дома, но они отвѣчали, что это ничего не значитъ; что они хотятъ только взглянуть на портретъ и ничего не тронуть.
-- Я надѣюсь, что я не худо сдѣлала, что пустила ихъ, сэръ?-- заключила экономка.-- Джентльменъ сказалъ, что баринъ пишетъ съ него портретъ, и сообщилъ свою фамилію... странная такая; онъ, кажется, военный. Лэди -- такая красавица, сэръ; да впрочемъ вы ихъ увидите.
-- Хорошо,-- отвѣтилъ Лайонъ, отлично догадываясь, кто были посѣтители.
Добрая женщина не могла этого знать, потому что это ея не касалось; обыкновенно посѣтителей впускалъ и выпускалъ лакей, который сопровождалъ барина въ деревню.
Лайонъ очень удивился, что м-съ Кепедосъ пріѣхала посмотрѣть на портретъ мужа, когда знала, что художникъ не желалъ этого: онъ такъ былъ увѣренъ въ возвышенномъ характерѣ этой женщины. Но можетъ быть это не м-съ Кепедосъ; можетъ быть, полковникъ привезъ какую-нибудь назойливую знакомую, которой тоже хотѣлось, чтобы съ ея мужа снятъ былъ портретъ.