Это замѣчаніе побудило м-ра Уэндовера спросить у нея, знавала ли она Чарльза Ламба?
При этомъ вопросѣ она уставила на него глаза и отвѣчала:
-- Боже мой, вовсе нѣтъ... какъ могла я его знать!
-- О! я хотѣлъ сказать про лорда Байрона,-- поправился м-ръ Уэндоверъ.
-- О! Боже мой, да; я была влюблена въ него. Но онъ, къ счастію, не обращалъ на меня вниманія... насъ было такъ много. Онъ былъ очень хорошъ собой, но очень вульгаренъ.
Лэди Давенантъ разговаривала съ Лаурой такъ, какъ еслибы м-ра Уэндовера при этомъ не было или какъ будто его интересы и знанія были тождественны съ ея. Прежде чѣмъ уйти, молодой человѣкъ спросилъ лэди Давенантъ, знавала ли она Гаррика, на что та отвѣчала:
-- О! Боже мой, нѣтъ! мы вовсе не приглашали его къ себѣ въ домъ.
-- Да онъ, должно быть, умеръ задолго прежде, нежели вы родились!-- вскричала Лаура.
-- Да, конечно; но я слыхала про него.
-- Ахъ, я хотѣлъ спросить про Эдмонда Кина,-- поправился м-ръ Уэндоверъ.