-- Вы знаете о ней нехорошее, но не хотите сказать.
Уотервиль прижалъ въ груди in-folio и казался очень растеряннымъ.
-- Вы приписываете мнѣ то, чего нѣтъ. Я ничего не могу сказать.
-- Конечно, это ваша воля. Но есть еще какой-то господинъ, который все знаетъ, тоже американецъ... джентльменъ, который былъ въ Парижѣ, когда и мой сынъ былъ тамъ. Я забыла его имя.
-- Хорошій знакомый миссисъ Гедвей? Полагаю, что вы говорите про Джоржа Литльмора.
-- Да... я говорю про него. У него есть сестра, съ которой я встрѣчалась, но до сихъ поръ не знала, что она его сестра. Миссисъ Гедвей упомянула о ней, но я увидѣла, что она съ ней не знакома. Уже одно это, полагаю, говоритъ противъ нея. Какъ вы думаете, поможетъ онъ мнѣ?
Лэди Дименъ очень просто спросила его.
-- Сомнѣваюсь; но попытайтесь.
-- Я жалѣю, что онъ не пріѣхалъ съ вами. Какъ вы думаете: согласится онъ пріѣхать?
-- Онъ въ Америкѣ въ настоящее время; но думаю, что скоро вернется.