Арториксъ былъ такъ поглощенъ своими мыслями, что не замѣтилъ, какъ за нимъ довольно давно уже слѣдилъ Метробій; онъ то отставалъ, то перегонялъ Арторикса, внимательно заглядывая ему въ лицо. Однако, выйдя на Гермаленскую площадь, Арториксъ замѣтилъ вертящагося вокругъ него мима и тотчасъ-же узналъ его. Молодой галлъ сильно смутился при мысли, что комедіантъ, посѣщавшій очень часто виллу его прежняго господина, тоже, можетъ быть, узналъ въ немъ бывшаго гладіатора Суллы.
Постоявъ съ минуту въ раздумьи, онъ рѣшился ускорить шагъ и скрыться въ толпѣ, въ надеждѣ, что Метробій совершенно случайно попалъ на площадь и вовсе его не замѣтилъ. Счастье, казалось, благопріятствовало Арториксу. Начинало уже смеркаться. Быстро пройдя площадь, онъ свернулъ въ переулокъ и увидѣлъ толпу гражданъ, тѣснившихся у портика какого-то патриціанскаго дома. Это были кліенты одного сенатора, принесшіе въ даръ своему патрону воскъ, какъ того требовали обычаи сатурналіевъ. Мнимый скоморохъ въ одно мгновеніе пробрался сквозь эту кучку людей и, на вопросъ дворецкаго -- что ему нужно, отвѣчалъ, что патронъ встрѣтилъ его на форумѣ и послалъ въ свой домъ позабавить кліентовъ фокусами, въ награду за ихъ дары.
Дворецкій тотчасъ-же пропустилъ его въ атріумъ. Тогда Арториксъ, знавшій, что въ Римѣ всѣ дома богатыхъ людей строятся на одинъ ладъ, взглянулъ чрезъ алтарь боговъ Ларовъ, стоявшій по самой серединѣ имплювіума, есть-ли въ прилегавшемъ къ дому садикѣ выходная калитка. Убѣдившись, что есть, онъ тотчасъ-же составилъ плацъ бѣгства. Быстро пройдя сквозь многочисленные корридоры и сѣни, онъ вошелъ въ садъ и сказалъ привратнику, что показывалъ въ домѣ фокусы передъ гостями его хозяина и теперь хочетъ выйти. Но такъ-какъ ему некогда, то онъ проситъ пропустить его чрезъ калитки, потому-что въ главномъ выходѣ ужасная давка.
Привратникъ нашелъ просьбу скомороха какъ нельзя болѣе справедливою и съ самой пріятной улыбкой отворилъ ему калитку и выпустилъ въ маленькій переулокъ, откуда Арториксъ вскорѣ вышелъ на Новую улицу.
Мракъ ночи уже начиналъ сгущаться надъ Вѣчнымъ городомъ. Арториксъ торопился воспользоваться случаемъ какъ можно скорѣе выбраться изъ города. Пройдя нѣсколько кварталовъ по Новой улицѣ, онъ вышелъ на набережную Тибра и быстро пошелъ вдоль его извилистаго теченія, направляясь къ Тригеминскимъ воротамъ. Набережная, отстоявшая довольно далеко отъ центра города, была почти пустынна. Только изрѣдка на встрѣчу ему попадались одинокіе крестьяне и граждане, спѣшившіе къ цирку или къ форуму. Тишина, царствовавшая въ этой части города, нарушалась журчаніемъ Тибра, катившаго внизу свои мутныя воды и отдаленнымъ гуломъ голосовъ, доносившимся изъ центра громаднаго города.
Арториксъ прошелъ не болѣе трехъ кварталовъ, какъ услышалъ за собой чьи-то торопливые шаги. Онъ остановился на минуту и стадъ прислушиваться. Шаги все приближались. Тогда онъ вынулъ изъ-подъ тупики кинжалъ и снова быстро пошелъ впередъ. Но обремененный ношею и обезьяною, сидѣвшей у него на рукѣ, онъ не могъ идти такъ-же быстро, какъ его преслѣдователь, шаги котораго приближались все болѣе и болѣе. Тогда, воспользовавшись однимъ изъ поворотовъ дороги, Арториксъ спрятался за толстый стволъ сучковатаго вяза, росшаго на берегу и, притаивъ дыханіе, сталъ ждать, чтобы удостовѣриться, точно-ли за нимъ идетъ Метробій. Вскорѣ гладіаторъ услышалъ порывистое дыханіе своего преслѣдователя и увидѣлъ его -- это былъ дѣйствительно Метробій.
Не видя впереди Арторикса, онъ остановился и, осмотрѣвшись по сторонамъ, пробормоталъ:
-- Да куда-же онъ могъ дѣться?
-- Я здѣсь, любезный Метробій! сказалъ, выходя изъ-за дерева, Арториксъ, рѣшившійся убить комедіанта, чтобы отомстить ему за старое предательство и избавиться отъ новаго.
Метробій въ ужасѣ отступилъ нѣсколько шаговъ назадъ, по потомъ, быстро оправившись, ласковымъ и вкрадчивымъ голосомъ сказалъ: