-- Братья! Отъ сегодняшней битвы зависитъ наша судьба. За нами Лукуллъ, который высадился въ Бриндизи и идетъ на насъ. Съ фланга намъ угрожаетъ Помпей; съ фронта стоитъ Крассъ. Необходимо разбить Красса, чтобы потомъ броситься на Помпея, или погибнуть всѣмъ на мѣстѣ, какъ слѣдуетъ мужественнымъ воинамъ. Братья, не отступать ни на шагъ. Смерть или побѣда!
Такъ говорилъ Спартакъ. Въ эту минуту ему подвели вороного нумидійскаго коня поразительной красоты, служившаго ему больше года и очень имъ любимаго. При видѣ прекраснаго животнаго, онъ вынулъ изъ ноженъ мечъ и, вонзивъ его въ грудь своего любимца, крикнулъ на все поле:
-- Мнѣ не нужно сегодня коня: если я буду побѣдителемъ, то выберу любою изъ коней непріятеля, побѣжденный -- не буду нуждаться въ конѣ ни сегодня, ни завтра, ни когда-бы то ни было {Плутархъ. Жизнь Марка Красса.}.
Гладіаторы поняли грозный смыслъ его словъ и этого поступка, и грозными криками они требовали вести ихъ на римлянъ.
По знаку Спартака, затрубили трубы; все войско всколыхнулось!
Какъ горный потокъ въ весеннее полноводье бѣшено несется но скатамъ горъ, все опрокидывая и разрушая на своемъ пути, такъ точно гладіаторы бросились на римлянъ.
При этомъ ужасномъ ударѣ, смѣшались легіоны Красса и быстро стали отступать.
Замѣтивъ это, Спартакъ, сражавшійся впереди десятаго легіона, приказалъ трубить сигналъ, условленный заранѣе между нимъ и Мамиліемъ.
Тотчасъ-же Мамилій, стоявшій за фронтомъ гладіаторской линіи, выдвинулъ восьмитысячный кавалерійскій корпусъ къ лѣвому флангу и, развернувъ фронтъ, во весь опоръ бросился на правый флангъ римлянъ.
Но Крассъ, наблюдавшій за битвой съ высоты небольшого пригорка, послалъ четыре свѣжихъ легіона на смѣну своего почти разбитаго центра и въ то-же время приказалъ Квинту съ десятью тысячами копей аттаковать, въ свою очередь, гладіаторскую конницу. Съ необыкновенной быстротой развернули фронтъ двадцать изъ тридцати тормъ римской кавалеріи, и Мамилій, думавшій обрушиться на флангъ Красса, былъ встрѣченъ превосходны мы силами непріятельской конницы, съ которою и завязалъ жесточайшую сѣчу. Въ то-же время Муммій съ четырьмя другими легіонами резерва двинулся противъ праваго фланга гладіаторовъ, ничѣмъ не защищеннаго. Граникъ пошелъ на встрѣчу ему съ двумя легіонами -- единственными, остававшимися еще въ резервѣ -- и остановилъ вдвое сильнѣйшаго непріятеля.