Но численное превосходство римлянъ было слишкомъ велико. Въ то время, какъ легіоны ихъ, сражавшіеся съ фронта, тѣснимые Спартакомъ, все болѣе и болѣе подавались назадъ и, наконецъ, бросились бѣжать, Крассъ сигналомъ приказалъ разбитымъ войскамъ очистить фронтъ и, ставъ лично во главѣ четырехъ легіоновъ резерва, устремился въ образовавшееся пустое пространство. Разстроенные преслѣдованіемъ бѣгущихъ, гладіаторы наткнулись на свѣжія силы, и бой въ центрѣ закипѣлъ съ удвоеннымъ ожесточеніемъ.
Между тѣмъ остальныя пять тысячъ римскихъ всадниковъ, объѣхавъ лѣвый флангъ гладіаторской конницы, сражавшейся съ десятью тысячами всадниковъ Квинта, ударили ей въ тылъ и въ четверть часа разбили ее на голову. Въ то-же самое время Муммію удалось обойти правый флангъ, несмотря на все искусство и энергію Гранина и на "нечеловѣческую храбрость гладіаторовъ.
Съ этой минуты не надежда на побѣду, а жажда мести, желаніе подороже продать свою жизнь одушевляли гладіаторовъ.
Лѣвый и правый флангъ, тѣснимые двойными и тройными силами римлянъ, значительно подались назадъ. Только центръ, гдѣ сражался Спартакъ, держался еще противъ непріятеля.
Граникъ, видя пораженіе своихъ легіоновъ, бросился туда, гдѣ кипѣла самая жестокая сѣча и, убивъ собственноручно одного трибуна, двухъ декановъ и восемь или десять человѣкъ солдатъ, израненый, окровавленный, изнеможенный, погибъ, наконецъ, смертью храбрыхъ, пронженный двадцатью мечами.
Македонянинъ Эростенъ, начальникъ десятаго легіона, погибъ съ нимъ рядомъ.
Въ центрѣ, погибъ молодой и изящный Теулопихъ, сражаясь во главѣ своего легіона.
Конница, разбитая на голову, видѣла гибель своего безстрашнаго вождя Мамилія, пронженнаго стрѣлою.
Наступилъ вечеръ, а бой все еще продолжался, по ужо сосредоточиваясь на нѣсколькихъ пунктахъ, гдѣ отчаянно боролись кучки храбрыхъ.
Все это время Спартакъ не только не отступилъ ни на шагъ, но съ тысячью гладіаторовъ, окружившихъ его, врѣзался клиномъ въ ряды шестого римскаго легіона; ветераны Марія и Суллы не могли устоять противъ ихъ бѣшеной храбрости. Громкимъ голосомъ Спартакъ призывалъ Красса, напоминая ему его обѣщаніе.