Насест высокие табуретов у стойки, шляпы сдвинуты на затылок, столы, требуют добавочного бесплатного хлеба, волчий проглот обслюненной жратвы, выкатившиеся глаза, вытирают мокрые усы. Бледный, с лицом бараньего жира юноша, вытирал стакан, нож, вилку и ложку салфеткой. Новое полчище микробов. Мужчина с забрызганной соусом детской салфеткой за воротником, вбрасывал булькающий суп в глотку. Мужчина, выплевывающий изо рта на тарелку: полупрожеванные хрящи: нет зубов для жеванья. Баранья отбивная котлета. Быстро глотает, чтобы разделаться с ней. Грустные глаза охмелевшего. Откусил больше, чем может прожевать. Я похож? Видеть себя, как другие нас видят. Голодный человек, злой человек, челюсти ходят. Не смей! О кость! Этот последний ирландский король, язычник Кормак из школьной хрестоматии, подавился в Слетти, к югу от Бойна. Интересно, что он ел. Какую-то чертовщину. Святой Патрик, обратил его в христианство. Все равно не смог проглотить.

-- Ростбиф с капустой.

-- Одно рагу.

Человечьи запахи. К горлу подкатило. Распыленные плевки, сладковато тепловатый дым сигарет, окись кранов, расплеснутое пиво, мужская пивная моча, застоявшееся брожение.

Здесь куска не проглотить. Парень натачивает нож и вилку,-- с'есть все, что перед ним. Беззубый старик с зубочисткой. Легкая спазма, полная, отрыгнул, жует опять. Прежде и после. Любезность после еды. Взгляни сюда, потом туда. Подбирает соус обсосанными кусочками хлеба. Вылижи тарелку. Скорей отсюда.

Он посмотрел кругом, сузив ноздри.

-- Два пива сюда.

-- Одна солонина с капустой.

Этот парень глотает капусту с ножа, словно от этого зависит вся его жизнь. Ловкий удар. Безопаснее есть тремя пальцами. Отщипывая с края. Привычка -- вторая натура. Родился с серебряным ножом во-рту {"Родился с серебряной ложкой во рту" -- англ. поговорка, равная русской: "родился в сорочке".}. Это остроумно, мне кажется. Или нет. Серебряный, значит богатый. Рожден с ножом. Но тогда пропадает параллель.

Неуклюжий официант собирал липкие громыхающие тарелки. Полицейский комиссар Рок, стоя у стойки, сдувал пенную корону с кружки. Поднялась высоко: желто расплеснулась у самого сапога. Обедающие; вилка и нож подняты, локти на столе, ожидая второй порции, смотрит на под'емник, приносящий кушанье, поверх грязной газеты. Другой, что-то говорит ему с полным ртом. Симпатичный слушатель. Застольная беседа.