На обоихъ были маски и избранные ими костюмы шли одинаково хорошо какъ къ стройному, гибкому юношѣ, такъ и къ мощной, богатырской фигурѣ пожилаго мужа подлѣ него.
Антиной слѣдовалъ за своимъ повелителемъ въ видѣ Эрота.
На немъ былъ красноватаго цвѣта плащъ и вѣнокъ изъ розъ, а серебряный колчанъ за спиною и лукъ въ рукѣ служили указаніемъ на то, какого бога желалъ изображать юноша.
Хотя и онъ былъ въ маскѣ, тѣмъ не менѣе фигура его останавливала на себѣ многіе взоры и неоднократно ему вслѣдъ раздавались восклицанія, въ родѣ слѣдующихъ: "да здравствуетъ любовь!" или: "будь милостивъ ко мнѣ, прекрасный сынъ Афродиты!"
Всѣ необходимыя для этихъ костюмовъ вещи Поллуксъ взялъ изъ кладовой своего учителя Паппія.
Этого послѣдняго не было дома, но спрашивать его позволенія казалось молодому человѣку совершенно излишнимъ, потому что какъ онъ, такъ и другіе помощники Паппія не разъ пользовались этими вещами для подобныхъ же цѣлей съ вѣдома самого хозяина.
Только доставая необходимый для Антиноя колчанъ Поллуксъ почувствовалъ минутное колебаніе, такъ какъ вещь эта была изъ чистаго серебра и подарена его учителю женою какого-то богатаго хлѣбнаго торговца, которую онъ изваялъ изъ мрамора въ видѣ Артемиды на охотѣ.
"Изъ прекраснаго спутника римскаго архитектора выйдетъ восхитительный Эротъ,-- подумалъ художникъ, кладя этотъ дорогой предметъ вмѣстѣ съ другими вещами въ корзинку, которую онъ поручилъ нести своему косоглазому подмастерью.-- Колчанъ ему необходимъ. Къ тому же эта безполезная утварь еще до солнечнаго восхода будетъ опять висѣть на своемъ старомъ крюкѣ".
Впрочемъ, Поллуксу не доставало времени любоваться прелестною фигурой такъ удачно наряженнаго имъ бога любви, ибо архитекторъ изъ Рима, котораго онъ велъ, былъ воодушевленъ такою жаждою знанія и такимъ, доходящимъ до мелочей, любопытствомъ, что родившійся въ Александріи и съ малолѣтства привыкшій къ наблюдательности молодой человѣкъ очень часто принужденъ былъ оставлять безъ отвѣта неутомимаго вопрошателя.
Сѣдобородый архитекторъ все хотѣлъ видѣть, обо всемъ узнать.