Кромѣ того благосостояніе большинства еврейскаго населенія и несмѣтное богатство отдѣльныхъ его членовъ наполняли сердца бѣдныхъ въ сравненіи съ ними язычниковъ завистью и желаніемъ присвоить себѣ имущество людей, не разъ, безспорно, относившихся съ открытымъ презрѣніемъ къ греческимъ богамъ.
За послѣдніе дни раздоръ по поводу приготовленія къ торжественному пріему императора еще болѣе оживилъ старую ненависть и такимъ образомъ отсутствіе украшеній на домѣ Аполлодора послужило для толпы предлогомъ въ нападенію на это царственное жилище.
И здѣсь ярость черни была возбуждена нѣсколькими словами.
Кожевникъ Мелампъ, извѣстный пьяница, проходя по улицѣ во главѣ своихъ подгулявшихъ товарищей по ремеслу, указалъ тирсовымъ жезломъ на неосвѣщенный и неукрашенный домъ.
-- Посмотрите-ка на эти голыя стѣны!-- закричалъ онъ.-- Прежде жидъ, бывало, давалъ деньги на украшеніе улицы, теперь же онъ копитъ ихъ въ своихъ сундукахъ.
Слова эти разожгли ненависть толпы.
-- Скряга обкрадываетъ отца нашего Діониса!-- воскликнулъ другой гражданинъ.
-- Отнимемъ у него драхмы, которыя онъ утаиваетъ отъ божества,-- вопилъ третій, высоко поднимая факелъ.-- Намъ онѣ могутъ пригодиться.
Колбасникъ Главкъ вырвалъ изъ рукъ сосѣда пропитанный саломъ горящій фитель.
-- За мной!-- заревѣлъ онъ.-- Сожжемъ домъ его вмѣстѣ съ нимъ.