Тяжелая дверь уже начала уступать частымъ ударамъ, на кровлѣ колоннады уже стояло нѣсколько молодцовъ съ зажженными факелами въ рукахъ.
Минута была рѣшительная, но Веръ, къ счастію, обладалъ способностью думать и дѣйствовать быстро.
Поручивъ своему спутнику, трибуну Люцію Альбину, поспѣшить къ ветеранамъ и привести ихъ на помощь, преторъ велѣлъ своимъ богатырски сложеннымъ рабамъ расчистить ему дорогу до воротъ осажденнаго дома. Въ нѣсколько мгновеній приказаніе его было исполнено; но какъ велико было его удивленіе, когда онъ увидѣлъ императора, стоявшаго въ толпѣ!
Адріанъ въ минуту появленія Вера вырывалъ факелъ изъ рукъ расходившагося портнаго.
Затѣмъ, звучнымъ, далеко слышнымъ голосамъ онъ приказывалъ непривыкшимъ къ императорскимъ повелѣніямъ александрійцамъ отступиться отъ своего безумнаго намѣренія.
Свистки, насмѣшки и брань заглушили голосъ властителя.
Когда Веръ съ рабами достигли того мѣста, гдѣ онъ стоялъ, нѣсколько пьяныхъ египтянъ уже приближались, чтобы наложить руки на непрошеннаго совѣтника.
Преторъ загородилъ имъ дорогу.
-- Зевсъ управляетъ міромъ,-- шепнулъ онъ прежде всего Адріану,-- а защиту еврейскаго дома можетъ предоставить смертнымъ. Черезъ нѣсколько минутъ явятся солдаты.
Потомъ, возвысивъ голосъ, онъ прикрикнулъ: