До куда же она дѣнется завтра съ дѣтьми? Какъ найти для нихъ убѣжище и. что будетъ съ ними, когда выйдутъ деньги?
Но, благодареніе богамъ, у нея есть друзья.
У Поллукса она найдетъ любовь и покровительство, у Дориды -- материнскую ласку и совѣтъ. Еще нѣсколько минутъ -- и она выплачетъ свое горе на груди милаго....
Арсиноя утерла глаза, сняла съ плечъ остатки пышнаго убранстѣа, выплела изъ волосъ поддѣльный жемчугъ и, надѣвъ тѣ темныя одежды, въ которыхъ хаживала на папирусную фабрику, пошла къ сторожевому домику.
Уже ей оставалось до него только нѣсколько шаговъ. Но... что же это?... Почему не выпрыгиваютъ ей на встрѣчу "граціи"? Почему не видно на окнахъ ни цвѣтовъ, ни птицъ? Глаза ли ее обманываютъ, или видитъ она все это во снѣ? Или, можетъ-быть, злые духи играютъ съ ней?...
Дверь маленькаго уютнаго домика отворена настежъ и передняя стоитъ пустая. Не видать нигдѣ ни брошенной посуды, ни даже листка, упавшаго съ вынесенныхъ растеній. Дорида, уходя, все вымела и вычистила, но своему обыкновенію, въ тѣхъ немногихъ комнаткахъ, гдѣ она дожила до сѣдыхъ волосъ.
Что же случилось и куда ушли друзья бѣдной Арсинои?
Горькое чувство полнѣйшаго одиночества охватило ее съ новою силой и когда она опустилась на каменную скамью передъ сторожкой, чтобы выжидать возвращеніе своихъ друзей, слезы опять наполнили ея глаза и тяжелыми каплями падали ей на руки, сложенныя на груди.
Она все еще сидѣла на скамьѣ, припоминая съ усиленнымъ біеніемъ сердца подробности вчерашняго еще радостнаго свиданія съ Поллуксомъ, когда къ опустѣвшему жилищу подошла толпа черныхъ рабовъ.
Начальникъ ихъ попросилъ Арсиною встать со скамьи и на ея распросы отвѣчалъ, что сторожъ съ семьей высланы императоромъ изъ дворца, а сторожку велѣно немедленно срыть до основанія.