-- Говорятъ, что твои единовѣрцы низвергли сегодня ночью статую кесаря.
-- Развѣ это можетъ быть правда? Мы почитаемъ императора не менѣе васъ.
-- Я охотно повѣрю тебѣ, но ты должна доказать. Вотъ статуя божественнаго кесаря; ступай за мной и поклонись ему, какъ божеству.
Селена съ ужасомъ взглянула въ лицо суроваго воина и не могла отвѣтить ни единаго слова.
-- Ну, что же?-- спросилъ трибунъ.-- Исполнишь ты мое требованіе?... Да или нѣтъ?
Селена силилась собраться съ духомъ, чтобъ отвѣчать; наконецъ, увидавъ, что ветеранъ уже простеръ руку, чтобы схватить ее, она произнесла дрожащимъ голосомъ:
-- Мы почитаемъ кесаря, но не покланяемся статуямъ и молимся одному Отцу Небесному.
-- Что, я вамъ говорилъ?!-- съ хохотомъ вскричалъ нищій.
-- Еще разъ спрашиваю тебя,-- воскликнулъ трибунъ,-- согласна ты поклониться этому изображенію или отказываешься?
Жестокая борьба началась въ душѣ Селены. Отказаться исполнить требованіе римлянина -- значило подвергнуть опасности собственную жизнь и возбудить народную ярость противъ своихъ единовѣрцевъ; покориться же значило оскорбить Бога, нарушить вѣрность возлюбленному ей Спасителю, согрѣшить противъ истины и совѣсти.