На слѣдующій день Поллуксъ перенесъ свою модель къ прежнему хозяину брата. Достойный художникъ отвелъ для нея лучшее мѣсто въ своей мастерской; онъ высоко цѣнилъ дарованіе Поллукса и желалъ, на сколько могъ, изгладить зло, нанесенное юношѣ негодяемъ Паппіемъ.
Поллуксъ работалъ теперь отъ зари до заката солнца, съ наслажденіемъ предаваясь вновь проснувшейся жаждѣ творчества. Вмѣсто воску онъ употреблялъ глину и слѣпилъ высокую фигуру Антиноя въ видѣ Вакха, какимъ онъ долженъ былъ явиться морскимъ разбойникамъ. Обильная складками мантія ниспадала съ лѣваго плеча до щиколодки, оставляя открытыми прекрасно-округленную грудь и правую руку; роскошные, курчавые волосы были украшены вѣнкомъ изъ винограда съ красивою листвою и съ вплетеннымъ плодомъ ели. Лѣвая рука была приподнята и пальцы ея держали тирсъ, который нижнимъ концомъ упирался въ землю, а верхнимъ превышалъ голову божества. Рядомъ съ юнымъ богомъ стоялъ, полузакрытый мантіей, великолѣпный сосудъ съ виномъ.
Цѣлую недѣлю прилежно работалъ Поллуксъ и только съ наступленіемъ ночи бродилъ онъ передъ домомъ Паулины, не позволяя себѣ однако ни постучаться въ двери его, ни освѣдомиться о своей возлюбленной. Онъ слышалъ отъ матери, какъ тщательно оберегали его невѣсту отъ всякаго сообщенія съ нимъ и съ его родными; но не строгость христіанки удержала бы его войдти въ домъ и завладѣть лучшимъ своимъ сокровищемъ,-- ему мѣшала приблизиться къ Арсиноѣ клятва, которую онъ далъ себѣ не выманивать дѣвушку изъ вѣрнаго убѣжища, пока не убѣдится самъ, что онъ истинный художникъ, могущій со-временемъ создать нѣчто великое; только тогда рѣшался онъ связать съ своею судьбой судьбу любимаго существа.
Когда же на утро восьмаго дня онъ позволилъ себѣ отдохнуть немного долѣе обыкновеннаго, хозяинъ его брата подошелъ къ неоконченному еще изваянію и, постоявъ передъ нимъ, вымолвилъ:
-- Прелестно! Очаровательно! Наше время не произвело ничего подобнаго!
Часъ спустя, Поллуксъ стоялъ передъ домомъ Паулины и стучалъ тяжелымъ молоткомъ въ дверь.
Вышелъ слуга и спросилъ, что ему угодно; онъ попросилъ позволенія видѣть Паулину, но ея не было дома. Тогда молодой ваятель спросилъ Арсиною, дочь Керавна, принятую въ домъ Паулины.
Старый слуга покачалъ головой и сказалъ:
-- Госпожа послала за нею въ погоню; она исчезла со вчерашняго дня. Такое неблагодарное созданіе! Ужь это не въ первый разъ она пытается убѣжать отсюда.
Художникъ засмѣялся и хлопнулъ по плечу стараго служителя.-- Ужь я найду ее какъ-нибудь,-- сказалъ онъ и, выбѣжавъ на улицу, поспѣшилъ къ своимъ родителямъ.