-- Шестнадцать лѣтъ... маленькой Арсиноѣ? Да сколько же, значить, прошло времени со смерти вашей матери?
-- Четыре года и восемь мѣсяцевъ.
-- Время ея смерти глубоко врѣзалось тебѣ въ память. Такую мать, правда, и забыть трудно. Добрая была она женщина. Я никого не встрѣчалъ привѣтливѣе ея; я знаю также, что она старалась смягчить твоего отца въ отношеніи къ намъ, но ей пришлось умереть, не достигнувъ этого.
-- Да,-- глухо проговорила Селена.-- Какъ могли боги допустить ея кончину!... Правда, они иногда бываютъ болѣе жестоки, чѣмъ самые люди...
-- Бѣдные твои малютки!
Дѣвушка грустно поникла головой. Самъ художникъ нѣкоторое время молча глядѣлъ въ землю; потомъ онъ быстро поднялъ голову.
-- У меня дома есть кое-что, что порадуетъ тебя, Селена!-- воскликнулъ онъ.
-- Ничто не можетъ радовать меня съ тѣхъ поръ, какъ она умерла.
-- Увидишь, увидишь!-- живо возразилъ Поллуксъ.-- Ты знаешь, что а не могъ забыть этой милой женщины и вотъ въ минуты досуга мнѣ удалось на память вылѣпить ея бюстъ. Завтра я тебѣ принесу его.
-- Да неужели?-- воскликнула Селена и радостный лучъ блеснулъ изъ ея большихъ, утомленныхъ, глазъ.