-- Испортилъ все дѣло, шепнулъ Грэторексъ своему сосѣду:-- ему надо было похвалить ея глаза, а комплиментовъ ея голосу ужь она наслушалась довольно.
-- А вы думаете, что ей не накричали также о прелести ея глазъ? спросилъ сосѣдъ, который былъ не кто иной, какъ майоръ Воанъ.
-- Нѣтъ сомнѣнія; но вѣдь женщинѣ никогда не надоѣдаютъ комплименты ея красотѣ. Что касается ея голоса, это совсѣмъ иное дѣло. Что значитъ одинъ комплиментъ болѣе или менѣе, послѣ восторга толпы, ежедневно наполняющей театръ.
Какъ бы ни былъ хорошъ обѣдъ, но онъ, какъ и все на свѣтѣ, долженъ когда нибудь кончиться. Такъ случилось и теперь: десертъ, благодаря особливо усиліямъ сестеръ и брата примадоны, быстро исчезъ, и его замѣнилъ кофе. Тутъ одинъ изъ юныхъ членовъ Эректеума, почерпая, вѣроятно, свою смѣлость изъ огромнаго количества выпитаго имъ вина, сталъ просить примадону спѣть имъ что-нибудь. Она засмѣялась, и покачала головой. Все общество взглянуло на нее съ удивленіемъ и отчаяніемъ.
-- Я не могу, сказала она: -- мой голосъ -- птица въ клѣткѣ, ключъ отъ которой хранится у моего импресаріо.
-- Не тревожьтесь, синьора, сказалъ сэръ Чарльсъ Бургойнъ, бросивъ гнѣвный взглядъ на молодого человѣка, поднявшаго этотъ непріятный вопросъ: -- мы всѣ знаемъ, или должны знать, что вашъ оперный контрактъ запрещаетъ вамъ пѣть гдѣ бы то ни было внѣ театра. Впрочемъ, еслибъ и этого не было, мы никогда не посмѣли бы утруждать васъ такой просьбой. Это -- ошибка, хотя, конечно, непростительная со стороны юноши.
-- Мнѣ очень... очень жаль... промолвилъ виновный.
-- И мнѣ очень жаль! отвѣчала добродушно примадона: -- я бы съ радостью вамъ спѣла что-нибудь, еслибъ могла.
-- Нѣтъ, нѣтъ, ты не должна объ этомъ и думать! воскликнулъ поспѣшно поитальянски ея братъ: -- помни, какой ты должна будешь заплатить штрафъ.
-- Конечно, синьора Граціана не должна ради насъ проводить въ гнѣвъ своего импресаріо, сказалъ лордъ Кастельтауерсъ.