-- Ну, такъ вы ничего не знаете, вы не видали ни страны, ни народа, воскликнулъ Саксенъ:-- Швейцарія, которую обожаютъ швейцарцы -- это дикая, свободная, нагорная страна, гдѣ нѣтъ ни дорогъ, ни трактировъ, ни туристовъ, ни проводниковъ, а только темные, сосновые лѣса и открытыя поляны, родина сурковъ и сернъ.
-- Я видѣла только одну серну, сказала мисъ Гатертонъ:-- и то лѣнивую, разжирѣвшую въ клѣткѣ.
-- Конечно, вы никогда не бывали въ Швейцаріи зимой?
-- О! нѣтъ.
-- Однако, это самое великолѣпное время для путешествія. Всѣ террасы и долины покрыты снѣгомъ, и высокія пики возвышаются надъ ними словно обелиски, изъ бѣлаго мрамора; даже сосны, и тѣ бѣлыми гигантами выступаютъ на синевѣ неба. Это словно міръ до созданія цвѣтовъ радуги.
-- Какой вы энтузіастъ! со смѣхомъ произнесла мисъ Гатертонъ.
-- Я люблю свою родину, отвѣчалъ Саксенъ.
-- Вы напрасно это говорите. Но что вы можете дѣлать зимой, въ этихъ дикихъ долинахъ, окруженные со всѣхъ сторонъ снѣгами?
-- Насъ снѣгъ не заточаетъ. У насъ есть сани, и чѣмъ больше снѣгу на дорогахъ и горныхъ проходахъ, тѣмъ сани летятъ быстрѣе. Вы бы посмотрѣли на Рейнскую долину, между Туромъ и Туасломъ, въ свѣтлый день, когда сани снуютъ взадъ и впередъ по блестящему на солнцѣ снѣгу, и когда воздухъ полонъ веселаго дребезжанія бубенчиковъ.
-- О! какъ это должно быть прелестно!