И глаза ея невольно остановились на пачкѣ ассигнацій.
-- Однако же не очень скоро, надѣюсь? не на этихъ же дняхъ?
-- Разумѣется, еще не на этихъ дняхъ, отвѣчала она со вздохомъ.-- Чтобы предпринять путешествіе, нужно подождать, пока мама хоть нѣсколько поправится здоровьемъ.
Трефольденъ, вѣжливо и съ участіемъ, сдѣлалъ еще нѣсколько вопросовъ; совѣтовалъ обратиться къ какому-то знаменитому медику; замѣтилъ, что больной могло бы быть полезно временное пребываніе въ Сиденгамѣ или Норвудѣ, и въ заключеніе просилъ молодую дѣвушку приказать воинственной служанкѣ привести извощика для перевозки пріобрѣтенныхъ имъ сокровищъ. Затѣмъ онъ распростился, съ увѣреніемъ, что въ самомъ скоромъ времени снова заѣдетъ, чтобы вторично пересмотрѣть остальныя картины.
Дверь не успѣла за нимъ затвориться, какъ мисъ Ривьеръ влетѣла къ комнату матери съ ассигнаціями въ рукахъ.
-- О, мама, мама! воскликнула она, бросаясь на колѣни подлѣ креселъ больной, и рыдая отъ радости:-- онъ взялъ четыре изъ картинъ uaaà, и далъ за нихъ... ну, какъ бы ты думала, сколько?... двѣсти фунтовъ! двѣсти фунтовъ новенькими, настоящими банковыми билетами! вотъ они! Пощупай-ка ихъ -- посмотри! Двѣсти фунтовъ! Голубушка моя! На эти деньги тебя пять разъ можно свозить въ Италію.
XIV.
Маршрутъ по указателю Брадшо.
Вильямъ Трефольденъ сидѣлъ одинъ въ своемъ кабинетѣ, въ пасмурномъ настроеніи духа, опершись локтями на конторку, и закрывъ лицо руками. Передъ нимъ лежала дѣловая бумага, непрочитанная и даже неразвернутая. Направо отъ него лежала цѣлая кипа писемъ съ нетронутыми печатями. Погруженный въ глубокую думу, онъ еще не принялся за свои дневныя занятія, хотя уже болѣе часа сидѣлъ въ своей конторѣ, въ Чансери-Ленъ.
Его размышленія были прерваны легкимъ стукомъ въ дверь, а вслѣдъ за стукомъ явился мистеръ Кэквичъ. Стряпчій сердито вскочилъ.