-- Значитъ, въ гостиницѣ "Тринакріа"?
-- Хорошо.
Итакъ Колонна ступилъ на палубу парохода "City of Aberdeen", и изъ среды группы офицеровъ въ красныхъ рубашкахъ, стоявшихъ на ней, вышелъ одинъ, болѣе другихъ загорѣлый, и взявъ его за обѣ руки, братски съ нимъ поцаловался.
Тутъ крики съ изступленіемъ повторились, всѣ окна кругомъ гавани распахнулись, всѣ балконы покрылись зрителями, войска на набережной выстроились и сдѣлали на караулъ, и фортъ Галита экспромтомъ салютовалъ героевъ двадцатью-однимъ пушечнымъ выстрѣломъ.
Оба молодые люди посмотрѣли другъ на другъ и улыбнулись. Они кричали не хуже другихъ, и докричались до хрипоты, такъ что когда Саксенъ спросилъ пріятеля: "А что, Кастельтауерсъ, не убраться ли намъ потихоньку, пока еще не утихла буря?" графъ съ радостью согласился за его предложеніе, которое и было немедленно приведено въ исполненіе.
Они отошли отъ парохода, бросили якорь у самой набережной, подозвали ближайшаго лодочника, и никѣмъ незамѣченные, пробрались къ другой пристани, нѣсколько поодаль отъ первой.
-- А теперь, Трефольденъ, сказалъ лордъ Кастельтауерсъ, едва ступили они на берегъ:-- объѣздимъ-ка, братъ, съ тобою Палермо.
-- Scusate, раздался около нихъ пріятный голосъ:-- не примете ли вы меня въ путеводители?
То былъ молодой офицеръ съ "City of Aberdeen", который, незамѣченный, поѣхалъ за ними и догналъ ихъ въ ту самую минуту, какъ они причалили.
Въ одну минуту всѣ три молодые люди побратались радушными пожатіями руки, и такъ свободно и весело болтали вмѣстѣ, какъ будто мѣсяцъ были знакомы.