-- Silenzio! сказалъ онъ:-- Silenzio!
Это былъ молодой Бэни. Замѣтивъ марширующихъ съ другими Саксена и Кастельтауерса, онъ имъ улыбнулся и привѣтноикивнулъ головою, потомъ поднялся на стремена и сталъ осматривать мѣстность впереди.
Въ это самое мгновеніе черезъ тростникъ щелкнулъ сухой выстрѣлъ, и прожужжала пуля. Бэни засмѣялся и поднялъ надъ головою свою шляпу, пробитую въ двухъ мѣстахъ.
-- Знатно попалъ первый выстрѣлъ! сказалъ онъ, и поѣхалъ обратно.
И вдругъ плантаціи по обѣимъ сторонамъ дороги закишѣли невидимыми непріятелями. Пуля за пулей съ визгомъ и свистомъ вылетала изъ тростника, одни за другимъ пустѣли мѣста въ передовыхъ рядахъ. Задніе ряды сотнями ринулись въ виноградники, стрѣляя почти на удачу, руководимые единственно только дымомъ непріятельскихъ винтовокъ, но передніе ряды неуклонно шли своей дорогою.
Съ каждой минутой гуще сыпались пули, и чаще падали люди. Одинъ нѣмецъ, съ которымъ Саксенъ говорилъ еще за минуту, грохнулся мертвый передъ самыми его ногами, и Саксенъ слышалъ глухой стукъ пули о его черепъ. Лошадь Медичи свалилась подъ нимъ; Бэни пронесся мимо съ окровавленнымъ платкомъ, обвязаннымъ вокругъ руки; Гарибальди и его офицеры тѣснились ближе къ переднимъ рядамъ, а еще не видать было ни одного неаполитанца.
Вдругъ вся центральная масса, по данной командѣ, пустилась бѣгомъ, стрѣляя вправо и влѣво въ тростниковую чащу, и направляясь прямо къ одной точкѣ, изъ которой болѣе другихъ зачастили пули. Шагахъ въ двадцати сверкнула страшная молнія, клубами взвился дымъ, раздался грохотъ, отъ котораго потряслась самая земля подъ ногами; передніе ряды въ смятеніи отхлынули назадъ: они набѣжали прямо на замаскированную батарею!
По мѣрѣ того, какъ дымъ разсѣялся, показалась земля, буквально вспаханная картечью и усѣянная убитыми и умирающими.
Кастельтауерсъ бросилъ винтовку, кинулся къ раненымъ, и вытащилъ сперва одного, потомъ другого въ тростниковую чащу.
Саксенъ полѣзъ на маслину, стоявшую у самой дороги, и, не обращая ни малѣйшаго вниманія на пули, сыпавшіяся кругомъ него точно горохъ, преспокойно сталъ отбирать неаполитанскихъ канонеровъ.