Прости, мой любезный Алексѣй Михайловичъ! Бросьте свои гужи и не стыдитесь, что дюжи. Я вашими словами говорю. Право, тяжело съ вами такъ долго быть розно. Я же столько вамъ сказать хочу. Прощайте, любите; я хотя и мало достойна по моимъ всѣмъ недостаткамъ, но по любви моей, право, я стою вашей дружбы. Будьте увѣрены, что вы имѣете всегда вѣрноистиннаго друга въ Настасьѣ Плещеевой.
А жена ваша иначе никакъ не подписывается, какъ Кутузова, а теперь было не захотѣла; однако, отдавъ письмо, вздумала непремѣнно подписаться, и поспѣшила. Прощайте еще. У насъ два уже письма впереди этого къ вамъ, и теперь, не получа отвѣта, къ вамъ писать не буду.
Mon cher ami. Je vous aime et vous aime beaucoup, beaucoup. Je souhaite vous voir bientôt. Je vous suis toujours fidèle, votre fidèle ami Alexandre (sic) de Pleschejeff-Coutousoff.
[(Переводъ). Мой милый другъ, я васъ люблю и люблю много, много. Желаю вскорѣ свидѣться съ вами. Я вамъ всегда вѣрна, вашъ вѣрный другъ Александра Плещеева-Кутузова].
2.
Плещеевъ -- А. М. Кутузову.
22-го іюля 1790 г. Знаменское.
Письмо, любезный другъ, мы отъ тебя получили, которое насъ обрадовало и огорчило. Обрадовало тѣмъ, что мы давно отъ тебя не получали писемъ, а огорчило, что нѣтъ по письму твоему ни малой надежды скоро тебя видѣть въ Россіи. Ты справедливо, любезный другъ, завидуешь моему состоянію, особливо, когда я въ деревнѣ. Здѣсь подлинно я имѣю время помышлять о самомъ себѣ, если бы только имѣлъ на то истинное желаніе; та бѣда, что не мѣсто и не уединеніе побуждаютъ быть съ самимъ собою, но твердое и неослабѣвающее намѣреніе, которымъ я не достаточествую; однако-жъ, любезный другъ, не закраснѣвшись могу сказать, что я болѣе провождаю полезныхъ часовъ въ деревнѣ, нежели въ городѣ. Думаю, уже тебѣ извѣстно, что мы въ началѣ нынѣшняго мѣсяца на морѣ одержали надъ шведами совершенную побѣду, какъ надъ большимъ, такъ и надъ галернымъ ихъ флотомъ, ибо взяли болѣе пяти тысячъ плѣнныхъ. Дай Боже, чтобъ эта побѣда намъ принесла миръ. Нашъ Николай Михайловичъ {Карамзинъ.} уже, надѣюсь, возвращается отъ англичанъ къ русскимъ. Нетерпѣніе мое велико видѣть этого любезнаго мнѣ человѣка.
Ты меня въ письмѣ твоемъ обрадовалъ, что надѣешься на пользу его путешествія. Дай Боже, чтобы онъ, пріѣхавъ сюда, сказалъ намъ, что люди вездѣ люди, а ученые его мужи ни на одну минуту не сдѣлали его счастливѣе прежняго.
Прощай, любезный другъ! люби меня. Дѣти мои тебя помнятъ и цѣлуютъ, а жена моя сама къ тебѣ пишетъ.