Грабители прекращают своё дело. Часть эскадрона приближается вскачь. На расстоянии сотни метров от толпы, капитан, г. Ван-Франц, банкир, друг семьи Добузье, командует остановиться.
Все богатые молодые люди, превосходные кавалеры, гарцуют на породистых лошадях, гордясь своею красивою тёмно-зелёною формою... Взволнованные, разгневанные, они останавливаются перед толпой. Бродяги, набравшись храбрости, кричат им: "Картонные солдаты! Полишинели! Кавалеры парадов!" Лоран узнаёт сыновей Сен-Фрадье, и слышит, как один из них, поддаваясь вперёд, говорит Ван-Францу: "Когда же мы атакуем этих каналий, командир?" Проезжая по avenue des Arts, оба брата видели опустошение собственного дома и сгорали нетерпением отомстить за нанесённую обиду.
До сих пор их служба была только отдыхом, простым спортом, предлогом для прогулок, экскурсий за город. Эти красивые дилетанты военной службы не будут виноваты, если эта чернь заставит их совершить что-нибудь трагическое.
-- Шашки наголо! -- скомандовал Ван-Франц немного взволнованным голосом. Новенькие сабли блестят в обтянутой перчаткой руке каждого всадника.
Паника охватывает банду громил. Масса устремляется вперёд, бросается направо, налево по окружающим улицам. Самые смелые бегут по тротуару и прячутся за деревьями.
-- Вперёд! вперёд! -- командует Ван-Франц.
Часть эскадрона скачет галопом, сборище рассеивается, мостовая пустеет.
Милиция отправляется назад, полиция доканчивает своё дело, арестуя попавшихся.
Прогнанные в этой стороне, самые наглые из бродяг решают продолжать манифестацию в другом месте.
Повернув за угол одной улицы, Лоран очутился лицом к лицу с Региной. Известие о разграблении их дома застало Бежара за обедом, и в то время, как муж поехал в ратушу, чтобы сговориться с друзьями, Гина, несмотря на общие уговоры, вышла одна, желая удостовериться в непопулярности, избранника.