Леопольдъ отвѣчалъ утвердительно.
Госпожа фонъ Устендорфъ слегка покраснѣла. Тѣмъ не менѣе она чрезвычайно любезно начала удивляться блестящей вороной лошади, рывшей отъ нетерпѣнія землю, и поднялась легко и эластично въ привлекательный экипажъ. Леопольдъ схватилъ возжи, и горячая лошадь стрѣлою понеслась по улицамъ.
Черезъ пять минутъ они были уже въ полѣ. Луиза раскрыла подбитый розовою тафтою зонтикъ и стала похожа на мадонну, освѣщаемую потухающимъ вечернимъ сіяніемъ. Леопольдъ пустилъ бѣжать лошадь легкою рысью и повѣсилъ возжи на назначенный для этой цѣли желѣзный прутъ.
-- Чудное утро, сказала Луиза.
-- Самое лучшее въ моей жизни, возразилъ Леопольдъ.
-- Посмотрите на эти восхитительно зеленѣющія пола...
-- И на восхитительную краску на щекахъ моей спутницы.
-- Любезный докторъ, сдѣлайте одолженіе...
-- Извините меня, милостивая государыня,-- я забылъ, что вы меня слушаете. Я только думалъ вслухъ.
-- Думайте о чемъ нибудь лучшемъ. Какъ чудесно рисуется тамъ, на голубомъ небѣ, эта древняя крѣпость! Неужели вы совершенно нечувствительны къ прелестямъ пейзажа?