-- Да?-- произнесла Адель насмѣшливо.-- А почему же вы знаете, что дѣлается въ чужихъ домахъ?
-- Очень просто. У Дюрена я знаю одну позолотчицу; Марта Боссъ зовутъ ее. Нѣсколько разъ приходила она въ мое отдѣленіе, брала новыя буквы или еще что-нибудь. Вдругъ я вижу изъ мастерской, какъ Тидлихау, женихъ фрейленъ фонъ-Дюренъ,-- хорошъ тоже женихъ!-- встрѣчается съ ней и дерзко хватаетъ ее за талію. Она вошла въ комнату, блѣдная, какъ смерть. Тогда я сказалъ ей, чтобы она не пугалась такъ, что онъ ужь всегда такой. Слово за словомъ мы разговорились. Потомъ, когда она увидала, что я честный малый и искренно расположенъ къ ней, тогда она разсказала мнѣ все, какъ Тиллихау переманилъ ее изъ Гернсхейма, т.-е. хитростью черезъ Тарофъ, которая представилась, что ей нужна компаньонка. Ну, Марта,-- она, вѣдь, такъ молода и неопытна,-- не заподозрила въ этомъ ничего дурного, взяла это мѣсто, и была счастлива и довольна, пока не открылись ея глаза. Тогда она все бросила и ушла и готова было сдѣлать что-нибудь надъ собой...
Адель пожала плечами.
-- Богъ знаетъ, что вообразила себѣ ваша Марта!-- насмѣшливо отвѣтила Адель.-- У г-жи Тарофъ бываетъ самое лучшее общество, и, если вы ужь знаете, г. фонъ-Сунтгельмъ весьма уважаемый господинъ, покровительствующій всему свѣту... Родериху Лунду, напримѣръ... Да, наконецъ, я не понимаю, почему, разъ это мнѣ доставляетъ удовольствіе, я должна проскучать всю свою молодость? Цѣлый день стою я за прилавкомъ, денегъ для удовольствій у меня нѣтъ. Ну, какой-нибудь почтенный знакомый господинъ говоритъ: "хотите со мной въ театръ?" или "хотите учиться по-англійски?" У г-жи Тарофъ классы англійскаго языка; это вамъ слѣдовало знать раньше, чѣмъ оскорблять такимъ образомъ эту даму!
-- Конечно!-- вскричалъ Преле съ отчаяніемъ.-- Англійскіе уроки! Полицію слѣдуетъ послать въ домъ къ этой канальѣ съ ея англійскими уроками!
-- Этого вы не понимаете. Вообще я не дѣлаю ничего дурнаго и на мнѣніе людей не обращаю ни малѣйшаго вниканія; ну, а вамъ, г. Преле, должно быть безразлично, гдѣ и какъ я бываю! Или вы, можетъ быть, мой опекунъ?
-- Нѣтъ, но...
-- Ну, что же?
-- Но я люблю васъ, -- вырвалось у Преле, -- безгранично люблю и я не могу вынести того, что я долженъ смотрѣть, какъ вы слѣпо...
Адель сдѣлала нетерпѣливое движеніе. Вдругъ страстная дрожь пробѣжала по всей его широкой фигурѣ и въ ту же минуту богатырь, сраженный силою своихъ чувствъ, упалъ къ ея ногамъ, схватилъ ея руки и, безумно рыдая, прижималъ свое лицо къ ея платью.