-- Благодарю,-- отвѣчалъ Отто.
Слуга удалился такъ же безшумно, какъ и вошелъ.
Отто Вельнеръ налилъ въ стаканъ испанскаго вина, отливавшаго на свѣтъ и пурпуромъ, и золотомъ. Измученный жаждой, такъ какъ при дамахъ онъ не рѣшился вытащить изъ кармана свою плебейскую фляжку, онъ залпомъ осушилъ стаканъ драгоцѣнной влаги. Этотъ истинно волшебный напитокъ огнемъ разлился по его членамъ, разгорячая и возбуждая. Чувствуя, какъ вино дѣйствуетъ благодѣтельно, онъ выпилъ второй стаканъ и третій.
На самомъ дѣлѣ, что тутъ такого, что владѣльцы этой роскошной виллы узнаютъ впослѣдствіи, что онъ несчастный школьный учитель, отважившійся пустить въ новое плаваніе свой потерпѣвшій крушеніе корабль? Несчастный школьный учитель!
Снова отворилась дверь, вошли два господина. Старшему, средняго роста, полному, на видъ было лѣтъ пятьдесятъ; его круглое, свѣжее, выбритое лицо и симпатичныя черты дышали привѣтомъ и радушіемъ. Это былъ адвокатъ Лербахъ. Другой, лѣтъ сорока, былъ выше ростомъ и худѣе; его блѣдное лицо и мечтательное выраженіе большихъ черныхъ бархатистыхъ глазъ, бѣлыя выхоленныя руки, высокій лобъ и увѣренность манеръ выдавали человѣка, легко покоряющаго женскія сердца. Членъ медицинскаго совѣта, докторъ Форенштедтъ, имѣлъ мало друзей, за то много паціентокъ, отъ одного его вида излечивавшихся отъ всякой нервности и недуговъ. Носился слухъ, что магическимъ дѣйствіемъ своей личности онъ злоупотреблялъ, одерживая побѣды не въ одной только области терапіи. Но эти подозрѣнія не пошатнули его репутаціи моднаго врача и онъ, попрежнему, практиковалъ въ высшемъ кругу столицы. Лѣтомъ, отправивъ послѣднюю истеричную старую дѣву на морскія купанья, онъ переселялся на свою дачу въ Оберхорхгеймъ, расположенную не болѣе какъ въ тысячѣ шагахъ отъ виллы совѣтника фонъ-Дюренъ. Старшій заговорилъ первый.
-- Мое имя Лербахъ. Я радъ случаю познакомиться съ молодымъ человѣкомъ, такъ не поцеремонившимся съ этимъ негодяемъ и грубіяномъ. Моя жена разсказала мнѣ всю исторію. Благодарю васъ. Досадно только, что конецъ немного трагиченъ. Но я сейчасъ же оторвалъ нашего эскулапа отъ устрицъ. Членъ медицинскаго совѣта докторъ Форенштедтъ, г. Вельнеръ... такъ, кажется, вы сказали?
Отто поклонился, между тѣмъ какъ докторъ едва замѣтно кивнулъ головой. Въ другое время Отто, вѣроятно, спросилъ бы себя, почему этотъ красавецъ такъ неподвиженъ, но теперь ему было не до того. Такъ вотъ онъ, мужъ прекрасной Люцинды! Несмотря на любезность къ нему доктора Лербаха, у Отто, прежде всего, явилось чувство разочарованія и смущенія. Люциндѣ самое большее было двадцать одинъ-два года, Лербаху же было за пятьдесятъ, хотя онъ и казался еще свѣжимъ и бодрымъ и замѣчательно сохранился. Да, не такимъ онъ представлялъ себѣ мужа этой красавицы.
Снова появился въ дверяхъ слуга, на этотъ разъ въ сопровожденіи горничной, несущей кувшинъ съ водой, двѣ чашки и нѣсколько платковъ.
-- Прошу васъ,-- сказалъ докторъ Форенштедтъ, указывая раненому на повязку.
Отто сталъ развязывать узелъ, но такъ какъ ему это не удавалось, то Фанни осмѣлилась предложить свои услуги. Но она тоже напрасно возилась.