Когда г-жа Форенштедтъ, обмѣнявшись нѣсколькими словами съ Лербахомъ, повернула назадъ къ виллѣ, адвокатъ обратился къ Отто:
-- Я доведу васъ до той скамейки и тогда предоставлю васъ судьбѣ. Если васъ позоветъ къ себѣ совѣтникъ, то идите спокойно и увѣренно. Онъ это любитъ; чрезмѣрная вѣжливость противна ему. Ну, а теперь Богъ съ вами.
Отто сѣлъ и задумался о томъ, что сказалъ бы Карлъ Теодоръ Гейндіусъ, еслибъ узналъ, какъ быстро нашла пристань ладья его ученика. На лѣстницѣ опять послышались голоса.
-- Идите впередъ, г. фонъ-Тиллихау!-- раздался голосъ Камиллы.-- Я посмотрю, гдѣ Люцинда и Анна.
Съ этими словами она исчезла за колоннами, такъ что Отто видѣлъ только ея блѣдно-голубое платье. Господинъ же, съ которымъ она разговаривала, спустился съ лѣстницы и пошелъ прямо по аллеѣ. Отто думалъ, что видитъ сонъ. Въ г. Тиллихау онъ узналъ Бенно Хельвальда, любезничавшаго съ бѣлокурою Мартой въ саду Золотаго Якоря. Отто былъ пораженъ. Въ Оберхорхгеймѣ этотъ изящный кавалеръ называетъ себя иначе, чѣмъ въ Гернсхеймѣ. Для чего? Онъ не имѣлъ времени обсудить этотъ вопросъ, потому что г. фонъ-Тиллихау, дойдя до половины дорожки, остановился, сдѣлалъ жестъ удивленія и пробормоталъ "чортъ возьми!" при видѣ Отто, такъ спокойно сидящаго на скамейкѣ. Скверное положеніе! Такъ вотъ онъ, храбрый рыцарь, о которомъ дамы говорятъ съ такою сердечною благодарностью. Именно онъ! И именно теперь,-- теперь, когда г. фонъ-Тиллихау намѣревался сдѣлать послѣдній рѣшительный приступъ къ сердцу свѣтлорусой Камиллы. Что, если онъ разскажетъ? Нѣтъ! Эту возможность нужно во что бы то ни стало предупредить. Ничего не остается, какъ обратиться къ нему съ любезными словами... И такъ, впередъ! Каждая минута дорога!
Баронъ Эрихъ фонъ-Тиллихау развязно подошелъ въ Отто, вѣжливо поклонился и сказалъ, улыбаясь:
-- Я надѣюсь, г. Вельнеръ, что послѣ нѣсколькихъ словъ взвиненія вы такъ же, какъ и я, забудете наше непріятное столкновеніе. Сказать правду, я былъ немного оскорбленъ, но, узнавъ, что вы оказали такую большую услугу всему семейству, я не думалъ больше объ этихъ пустякахъ. По описанію моей кузины, я ни минуты не сомнѣвался въ вашей тождественности. И такъ, я очень сожалѣю...
Отто, когда Тиллихау заговорилъ съ нимъ, медленно поднялся. Онъ рѣшилъ обойтись съ этимъ молодымъ человѣкомъ съ ледяною вѣжливостью; но любезность и искренній тонъ Тиллихау побѣдили его; онъ самъ пробормоталъ нѣсколько словъ извиненія и горячо пожалъ протянутую ему барономъ руку.
-- Еще одна просьба,-- сказалъ Эрихъ какъ бы между прочимъ.-- Когда придутъ сюда дамы, то не разсказывайте при какихъ обстоятельствахъ мы встрѣтились. Я вамъ откровенно скажу почему. Я серьезно заинтересованъ моей кузиной Камиллой, и все доказываетъ, что и она расположена во мнѣ. Это, конечно, между нами. Вѣдь, вы знаете, какъ легко молодыя дѣвушки судятъ объ извѣстныхъ предметахъ, иначе, чѣмъ мы.
Отто польстило, что Тиллихау включилъ его въ число свѣтскихъ кавалеровъ, которые "иначе судятъ". Онъ поклонился.