-- Да, да! Этотъ вотъ въ состояніи...
Слѣдователь взялъ въ руки ножъ и, приблизивъ къ ножнамъ, медленно вложилъ въ нихъ клинокъ. Принадлежность другъ другу этихъ предметовъ была несомнѣнна.
-- Агентъ Эфраимъ Пельцеръ остается здѣсь подъ арестомъ,-- произнесъ слѣдователь.-- Между тѣмъ, я сдѣлаю должныя распоряженія относительно Отто Вельнера. Все до мелочей совпадаетъ. Даже недоразумѣнія въ показаніи совѣтника объясняются теперь. Ростъ одинъ, волосы... Боже мой, вѣдь, это удивительно, какъ иногда группируются обманчивыя улики!.. Но у меня съ самаго начала было предчувствіе, что здѣсь какая-то ошибка. Ну, теперь я могу себя поздравить, что, наконецъ, послѣ столькихъ усилій мнѣ удалось внести свѣтъ въ этотъ хаосъ.
Полицейскій коммиссаръ, считавшій себя единственнымъ вносителемъ свѣта, вытянулъ лицо.
Бренеръ и Пельцеръ были отведены въ арестантскія камеры.
Глава X.
На слѣдующій день, втораго января, голубое небо было безоблачно; тихая, ясная погода съ легкимъ морозомъ не измѣнилась; воздухъ былъ прозраченъ; солнце золотило фасады Сунтгельмскаго дома, баллюстрады высокаго балкона и фигуры каріатидъ, заливало блескомъ оконныя рамы и весь кабинетъ. Преломляясь въ зеркалѣ рококо, оно сверкало на дамасскихъ сабляхъ, клинкахъ и великолѣпномъ огнестрѣльномъ оружіи.
Баронъ Анастасій фонъ-Сунтгельмъ еще вечеромъ получилъ извѣстіе объ арестѣ Эфраима Пельцера, не давшее ему покоя всю ночь. До двухъ часовъ онъ безостановочно шагалъ по комнатѣ, тысячу разъ передумывая случившееся и напрасно ища исхода. Несомнѣнно, что Пельцеръ сознается въ мотивахъ своего лжесвидѣтельства и, надѣясь оправдать себя, назоветъ того, кто подговорилъ его. Да даже и безъ этого дѣло должно выясниться, такъ какъ, вѣдь, самъ Анастасій своимъ тяжелымъ свидѣтельствомъ открылъ этого "агента". А если у Пельцера найдутъ извѣстную сумму денегъ, то сдѣлается очевиднымъ, что онъ былъ подкупленъ, и каждый мало-мальски искусный слѣдователь добьется отъ него правды.
Нѣтъ никакого сомнѣнія: Анастасій проигралъ не только въ этомъ клятвопреступномъ дѣлѣ, но и въ борьбѣ съ Отто Вельнеромъ. Если откроется подкупъ Пельцера, то невозможно, чтобъ оставалась тайной причина, побуждавшая его на этотъ подкупъ.
Баронъ неустанно думалъ объ этой второй части вопроса, не сознавая, что она-то именно менѣе важная, почти не имѣющая значенія.