-- Жаль его,-- замѣтила Адель.
-- Страшно жаль! Мнѣ всегда дѣлается грустно, когда вспоминаю тѣ времена... Слава Богу, что наконецъ-то арестована эта проклятая женщина, эта Тарофъ, виновница его несчастія. Правда, фонъ-Тиллихау сдѣлался отъ этого болѣе...
-- Ну, онъ за это время очень измѣнился, по крайней мѣрѣ, такъ говорятъ... Но смотри, кто-то ѣдетъ.
Въ эту минуту слѣва подкатилась элегантная коляска.
-- Докторъ Лербахъ!-- воскликнуло общество, выбѣжавшее на стукъ экипажа.-- Наконецъ-то! Довольно долго заставилъ онъ насъ ждать себя!
Адвокатъ выскочилъ изъ экипажа и направился къ нимъ по аллеѣ, еще издали раскланиваясь. Онъ дружески поцѣловалъ Эмму въ украшенную цвѣтами головку, любезнымъ замѣчаніемъ вывелъ изъ замѣшательства мать невѣсты, обратился съ шуткой къ Фрицу Преле и его невѣстѣ, пожалъ руку Отто и остальнымъ мужчинамъ и затѣмъ обратился снова къ Эммѣ;
-- Жена моя извиняется,-- вѣжливо произнесъ онъ, -- ее неожиданно задержали гости. Взамѣнъ этого я привезъ вамъ сердечныя пожеланія счастія отъ совѣтника. Онъ позволилъ себѣ сдѣлать нашей милой невѣстѣ подарокъ, если не дорогой по цѣнѣ, за то дорогой по мѣсту, занимаемому среди фамильныхъ драгоцѣнностей моего тестя: это -- браслетъ, который въ тотъ роковой вечеръ онъ хотѣлъ достать своей дочери Камиллѣ, бездѣлушка изъ приданаго его матери.
Эмма, краснѣя, приняла этотъ подарокъ. Отто хотя и не могъ еще изгладить чувства горечи въ совѣтнику, но не могъ не оцѣнить и необычайной деликатности этого подарка.
-- Nunc est bibendum!-- воскликнулъ Карлъ-Теодоръ Гейнціусъ, увидя, что всѣ въ сборѣ.
Все общество направилось къ большой верандѣ, гдѣ началось празднованіе помолвки Отто съ Эммой. Адвокатъ произнесъ первый тостъ. Веселымъ тономъ и съ большимъ юморомъ онъ изобразилъ картину всѣхъ событій, разыгравшихся прежде, чѣмъ была достигнута цѣль сегодняшняго празднества; только о собственныхъ стараніяхъ для спасенія обоихъ героевъ онъ умолчалъ.